— Когда?

— Вчера.

Елизавету снедали сомнения.

— Ты уверена?

— Я сказала: вчера!

— Ладно, вчера… Как его зовут?

— Он уплыл в город.

— Но как его зовут?

— Он мой папа.

— Ты помнишь его фамилию?

— Меня зовут Мария.

Пав духом, Елизавета покачала головой.

— Черт, у нее ни малейшего представления о ходе времени, — сказал Хесус на английском.

— Спроси у нее, который сейчас час, — предложила Пита.

— Если хочешь, сама спрашивай, — возмутилась Елизавета.

— Ты ей понравилась.

— Я не могу до нее достучаться.

Пита облизнула губы.

— Ну, давай сама. Попробуй, — сказал Хесус сестре.

Та глуповато улыбнулась и сказала:

— Привет, Мария. Меня зовут Пита. Как ты поживаешь сегодня? Все хорошо?

Она старалась говорить уверенно и дружелюбно, но звучало это довольно фальшиво. Пита явно боялась собеседницы.

— Меня зовут Мария.

— Сколько тебе лет, Мария?

— Мне десять лет.

— Не может такого быть! — возмутилась Роза.

— Мне десять лет.

— Кажется, ты немного старше, чем думаешь, — заметила Пита.

Мария уставилась на нее — прожгла взглядом. Вновь сработал переключатель злости. Затем она перенесла все свое внимание на огрызок моркови. Долго глядела на него, откусила еще.

— Долбаная психопатка, — прошептал Хесус по-английски.

— Не провоцируй ее! — предостерегла Пита.

— Она несет какую-то ахинею. Воображает, сука, что ей десять лет! Зед, свяжи ее по рукам и ногам, — тогда мы спокойно отправимся домой.

— Хочешь оставить ее здесь, связанную? — осведомился Зед.

— Она зарезала Мигеля и Нитро, дружище! Давай, свяжи ее! Мы пришлем за ней полицейских.

Зед перестал его слушать и спросил:

— Что она сейчас говорила?

Елизавета пожала плечами.

— Только… всякое разное. Хесус прав: она бредит, в словах нет смысла. Говорит, ее отец вчера отправился в город, а ей всего десять лет от роду. Не думаю, что она сможет помочь… что?

Зед пристально смотрел на Марию.

— Чем она сейчас занята?

Елизавета повернулась к женщине. Та не отводила глаз от Зеда — смотрела пристально, не моргая.

— Мария? — окликнула ее Елизавета.

Та не отвечала.

— Мария!

Никакой реакции.

— Почему она так на меня пялится? — прошептал Зед.

Хесус ухмыльнулся:

— Она на тебя запала, малыш Зеди.

Зед поводил в воздухе пистолетом, туда-сюда.

Никакой реакции от Марии.

— Мария? — окликнула ее Елизавета.

Ничего.

— Может, спит? — предположила Роза.

— У нее глаза открыты, — возразил Зед.

— Мария? — сказала Елизавета.

Та моргнула.

— У моих мамы и папы родилась малютка.

— Что она сказала? — переспросил Зед.

— Что у ее родителей был ребеночек, — пояснила Елизавета. — Кажется, у Марии только что случился приступ эпилепсии.

— Какого лохматого ты знаешь про приступы? — пожелал знать Хесус.

— Я и раньше такое видела, — отвечала она, имея в виду эпилепсию у нескольких воспитанников приюта, где когда-то росла.