Как там выразился Зед?

Цепочки нейронов со временем только прочнее.

— Так, может, вызовем вместо нее Солано? — предложил Нитро свое решение проблемы. Елизавета подозревала, что он, как и все прочие, за исключением разве что Розы, подыгрывает прихотям Питы, не желая ее расстраивать. — Он ведь тоже умер неподалеку.

Пита обдумала такой вариант, но затем покачала головой.

— Нет, я хочу поговорить с девочкой. Мы просто назовем ее… Канделарией. Подойдет такое имя, Пеппер?

— Конечно, Пита, почему бы и нет… — сразу согласился тот. — Пусть будет Канделария.

— Ты в порядке, Пепс? — спросил его Зед. — Не особо блестяще выглядишь.

— Просто устал немного. Прилягу отдохнуть, когда закончим. Ну, хорошо… мы готовы?

— Готовы, — вздохнула Пита.

— Готовы! — серьезно повторила за ней Роза. Пеппер произнес короткую молитву, прося о защите, после чего велел остальным повторять вслед за ним и напряженно, торжественно воззвал: «Дух, живший в прошлом, воротись к нам».

Они послушно повторили:

— Дух, живший в прошлом, воротись к нам… «Да направит тебя свет этого мира в наш круг». — Да уж, заблудиться нельзя… — пробормотал Хесус.

— Молчи, Хесус! — прошипела Пита.

— Что вы за люди? — вздохнул Пеппер. — Негативная энергетика только оттолкнет дух. И постарайтесь говорить с уважением, словно приглашаете кого-то в свой дом.

Он начал церемонию сначала: «Дух, живший в прошлом, вернись к нам!»

— Дух, живший в прошлом, вернись к нам…

«Да направит тебя свет этого мира в наш круг».

Да направит тебя свет этого мира в наш круг…

«Милая Канделария, пусть свет укажет тебе дорогу к нам».

— Милая Канделария, пусть свет укажет тебе дорогу к нам…

— А теперь закройте глаза, — тихо велел им Пеппер. — Подождем.

Елизавета прикрыла глаза. Отчасти она была готова услышать, как кто-то закричит, пытаясь в шутку напугать остальных, но все молчали. Минута ожидания тянулась бесконечно, а потом прошли и две, и три…

Наконец она приподняла веки, чтобы оглядеться. Хесус и Нитро так и сидели с открытыми глазами: Хесус строил нелепые гримасы, пытаясь рассмешить Нитро.

— Вы это почувствовали? — спросил вдруг Пеппер.

— Что? — еле слышно выдохнула Пита.

— Я ощутил чье-то присутствие.

— Кажется, я тоже ощутила!

Елизавета вообще ничего не чувствовала. И закрыла глаза опять.

— Мне кажется, дух Канделарии пребывает сейчас с нами, — объявил Пеппер и вновь заговорил театрально-торжественным голосом: — Милая наша Канделария, благодарим тебя за то, что ты смогла присоединиться к нам этим холодным, ненастным вечером. Своим присутствием ты оказала нам честь. Мы взыскуем ответов из мира, в котором ты пребываешь ныне, покинув сию юдоль… И если ты готова, просим тебя стукнуть один раз как ответ «Да» и два раза — как «Нет»…

Дальше он зашептал:

— Момент настал, Пита. Задай вопросы, но выражай их как можно проще.

— Что я могу спросить? — неуверенно выдавила она.

— Может, про выигрышную комбинацию в следующей лотерее?

— Зед!

— Да тихо вы! — шикнул на них Пеппер.

— Наша милая Канделария, — громко заговорила Пита, подражая торжественному тону Пеппера, — ты ли утонула у берегов этого острова пятьдесят лет назад?

Никакого ответа.