— Кто это — сэр Уильям Кроуфорд? — спросил Лейтон.

— Отставной судья. Известный и уважаемый человек в своем кругу. Мы познакомились недавно, и он помогал мне при расследовании одного дела.

— Может быть, установить наблюдение за этим Мелвином Симсом? — загорелся стажер. — Я могу притвориться дворником или засесть в каком-нибудь пабе напротив…

— Вот-вот, я как раз хотел предложить вам сменить род деятельности! Но только Симс вас сразу раскусит: это весьма хитрый и изворотливый тип. Лучше понаблюдайте за неким Брайаном Шерманом.

— Брайан Шерман, — Лейтон принялся листать свой блокнот, исписанный аккуратным мелким почерком, — Шерман… художник. Мне говорили о нем в издательстве, но сам я его не видел. А на него вам тоже посоветовали обратить внимание? Отставной судья?

— Почти. Его племянница. Она сказала, что видела у Шермана перстень из испанского списка, а я доверяю ее наблюдательности.

— Племянница тоже помогала вам при расследовании? — полюбопытствовал стажер.

— Да. Сегодня Шерман отрицал, что был близко знаком с миссис Дэвис, и перстня я у него не видел. Возможно, он его спрятал. Или просто снял, чтобы не испачкать краской.

Лейтон деловито сделал пометки у себя в блокноте и поднял голову:

— Я где-то читал, сэр, что Леонардо да Винчи, наоборот, надевал лучшие одежды и украшения, когда работал.

— Возможно, он был более аккуратен, чем Брайан Шерман, — с улыбкой предположил Найт.

— И, наверное, более талантлив? — весело сказал стажер.

— Я не великий знаток искусства, Лейтон, но мне кажется, что нашему художнику до Леонардо далеко. Однако мы с вами отвлеклись.

— Простите, сэр. Я хотел сказать: этот перстень — несомненное доказательство того, что Шермана имел какое-то отношение к миссис Дэвис!

— Верно, Лейтон. За ним стоит понаблюдать еще по одной причине. После визита к нему я заглянул в ближайший паб и разговорился там с двумя его соседями. Очевидно, Брайана Шермана в колонии недолюбливают, потому что эти двое сплетничали о нем весьма охотно. Они сказали, что Шерман присоединился к их сообществу два года назад. Он в одиночку занимает дом, в каких другие селятся по двое или даже по трое-четверо: например, даже сам Джон Уотерхаус проживает с женой, и с ними еще два художника. Шерман нередко устраивает у себя шумные вечеринки, при этом сорит деньгами, заказывая угощение в дорогих ресторанах. За это, как я понял, соседи прощают ему то, что он не ахти какой талантливый и успешный живописец. Однако нас его широкий образ жизни наводит на мысль, что…

Найт намеренно сделал паузу, и Лейтон азартно подхватил:

— … что у него имеется еще какой-то источник дохода! Чтобы оплачивать аренду. А эти двое соседей не говорили вам случайно, что к Шерману приходила женщина?

— Говорили.

— Похожая на испанку?

— Испанку они не помнят. К Шерману часто приходят женщины — как и ко всем остальным, впрочем: в этой колонии все пользуются услугами натурщиц. Так что, — Найт усмехнулся, — посетителями женского пола там никого не удивишь. Завтра с утра отправляйтесь вот по этому адресу, — он написал на бумажке несколько слов, набросал схематичный план и протянул помощнику.