— Я не читаю криминальную хронику, — пренебрежительно отмахнулся банкир.

— А я читаю! — раздался голос, в котором слышалась живая заинтересованность.

В гостиной появилась Лорейн Саттерфилд. Она выглядела восхитительно: изящное домашнее платье, легкий румянец на холеном лице, волосы уложены в замысловатую прическу. Найту пришла мысль, что ее изысканная красота — тоже в своем роде произведение искусства.

— Там описаны такие кошмарные подробности — у меня прямо сердце останавливалось! — взволнованно продолжала красавица. — О, добрый вечер, сэр Уильям, мисс Кроуфорд! Надеюсь, вы-то слышали об этом жутком, кровавом преступлении?

— Лорейн, ты нас отвлекаешь, — остановил ее банкир и величаво повернулся к Найту: — Постарайтесь быть кратким, инспектор. Я человек занятой.

— Инспектор? Вы из полиции? — глаза женщины расширились от любопытства. — Вы расследуете это убийство?

— Верно, мэм.

— Вы уже нашли убийцу?

— Еще нет. Поэтому я здесь.

Вторую фразу инспектор добавил с расчетом: ему захотелось немного сбить спесь с банкира. И он успешно этого достиг.

— Неслыханная дерзость! — прогремел Саттерфилд, так что Патрисия испуганно съежилась. — Вы, кажется, не отдаете себе отчета, с кем разговариваете! Вы полагаете, что убийцу можно искать в моем доме?!

— Разумеется, нет, сэр, — не дрогнув, сказал Найт. — Я пришел к вам в надежде получить сведения, которые могут пригодиться для расследования.

— Не представляю, какие сведения вы надеетесь от меня получить, — процедил банкир ледяным тоном. — В моем окружении нет представителей того мира, с которыми вы, очевидно, привыкли постоянно сталкиваться. Я общаюсь с людьми иного общественного положения.

— Не сомневаюсь, сэр, но позвольте мне объяснить.

— Сделайте одолжение.

— Мы предположили, что убитая женщина могла являться для кого-то препятствием на пути к получению некоего наследства. А поскольку она испанка, то у нас непроизвольно родилась ассоциация с испанским наследством. — Найт заметил, что в глазах Саттерфилда загорелся интерес. — Должен признаться, мы имеем довольно смутное представление об этом понятии. Поэтому возникла необходимость проконсультироваться со знающим человеком, который помог бы определить, стоит ли нам разрабатывать эту гипотезу.

— То есть вас интересует вопрос об испанском наследстве? — уточнил банкир.

— Именно так, сэр. Среди ваших знакомых, несомненно, есть знатоки истории. Не могли бы вы кого-то порекомендовать?

Саттерфилд самодовольно приосанился:

— Что ж, вероятно, я и сам мог бы вас просветить. Правда, я занимался этим вопросом поверхностно — лишь постольку, поскольку он касался участия нашей страны. Но кое-что я могу рассказать — в общих чертах, разумеется.

— Какая удача! Будьте так любезны, сэр.

— О, инспектор, вы обратились по адресу! — смеясь, вмешалась Лорейн Саттерфилд. — Альфред рассказывает об этом всем подряд, он целыми днями изучает это испанское наследство. Я бы еще поняла, дорогой, если бы это было твое наследство, но ведь оно испанское!

Сэр Уильям, Найт и Патрисия вежливо заулыбались. Банкир нахмурился:

— Ты позволишь мне ответить инспектору, Лорейн?

— Разумеется, дорогой. Я не буду мешать. Тем более что я слышала все это уже не раз.

Безмятежно улыбнувшись, красавица отошла в другой конец комнаты и уселась на оттоманке у окна, прихватив по дороге какую-то брошюру.