Изменить размер шрифта - +
Кстати, я сегодня узнала, что мистер Саттерфилд отказался продавать на аукционе работы Брайана Шермана.

— Что ж, это его аукцион и его решение.

— Так он мне и ответил в своей записке, только, разумеется, в самых изысканных выражениях.

— Ответил? Ты писала Саттерфилду? — удивился сэр Уильям.

— Да. Понимаешь, Брайан Шерман проявил ко мне участие, поделился своим опытом, и мне стало за него обидно. Я тут же зашла в рассыльную контору и отправила мистеру Саттерфилду записку, что, дескать, наверное, этот отказ — какая-то ошибка. Оказалось — нет. Как ты считаешь: должны ли мы известить обо всем этом инспектора?

— Мне кажется, это мелочи, которые не имеют отношения к его расследованию.

— Почему же не имеют? Ведь он интересовался и Саттерфилдом, и Шерманом именно в связи со своим расследованием.

— Ну что ж, — согласился пожилой джентльмен, подумав, — возможно, ты и права.

— Тогда давай пригласим инспектора Найта завтра к нам на чай! — обрадовалась девушка.

— Думаю, что не стоит отнимать у инспектора столько времени. В том, что касается статуэтки, я никакой загадки не вижу. А о Брайане Шермане ты можешь ему просто написать. Кажется, у тебя хорошо получается пользоваться рассыльными конторами.

Сэр Уильям снова уткнулся в газету.

— Дядя, — позвала его Патрисия с подозрением в голосе.

— Что, дорогая?

— Ты что-то задумал.

Пожилой джентльмен аккуратно перевернул страницу и посмотрел на девушку ласковым невинным взглядом:

— Вовсе нет. Извини, я отвлек тебя от чтения.

После нескольких часов поисков инспектор Найт и Лейтон отобрали примерно две дюжины папок. Все это время сержант Эванс поглядывал на них коршуном, продолжая любовно перебирать карточки на своем столе, сортируя их и делая пометки. Тишина нарушалась шелестом страниц и старательным скрипом перьев канцеляристов.

— Нужно показать фотографии миссис Симс, — вполголоса сказал инспектор помощнику. — Может быть, она кого-то опознает.

— Папки из картотеки выносить за пределы Департамента запрещено! — тут же провозгласил начальник канцелярии, показывая, что он не только обладает отличной памятью и острым зрением, но и на слух тоже не жалуется.

— Что же делать? — огорчился Лейтон.

— Можно попросить фотографа сделать копии, — предложил Найт с сомнением в голосе.

— Но это же долго!

— На предпоследней странице папки теперь имеются особые кармашки, где хранятся копии фотографий преступников, — вставил Эванс. — Я об этом позаботился.

— Отлично! — бодро сказал инспектор. — Я их возьму.

— Потрудитесь потом вернуть, — проворчал сержант, — на вас не напасешься.

— Непременно.

— И желательно расписаться — разборчиво! — в том, что вы их взяли, а также проставить дату и время. Для этого в папке подшит специальный лист.

— Этим займется мой помощник, — Найт подмигнул констеблю. — У вас ведь разборчивый почерк, Лейтон? На сегодня это все, если, конечно, вы не собираетесь здесь ночевать.

 

14 мая 1887 года, суббота. Фотографии из картотеки

 

— Господи, страх-то какой! — бормотала миссис Симс. — Такой ночью приснится — и не проснешься!

Одну за другой она брала карточки и пристально разглядывала их, поднося к глазам пенсне. Инспектор Найт и его помощник ждали: инспектор — терпеливо, стажер — переминаясь с ноги на ногу.

Быстрый переход