– Моя... кузина Петра? Она рассказывала мне сказку о бежавшем заключенном. Только это была не сказка, а быль...

– Правильно, я и есть тот заключенный.

– Зачем вы пришли? – спросил юноша.

– Ваш брат умер. Вы должны занять трон.

– Значит, вы знаете моего брата?

– Знал, но очень давно, до того, как попал в тюрьму. Мне было тогда примерно столько же лет, сколько вам теперь.

– Плохо, – сказал принц. Он сделал несколько шагов и Джон заметил легкую хромоту. – Там идет война. Я слышал о ней несколько раз, когда приезжали брать людей из леса сражаться с... врагом за барьером. Я хочу узнать многое, и там будет много дел. Теперь я вспомнил.

Они пошли к тому месту, где их ждал Эркор. Джон удивился, как быстро юноша приспособился к повой ситуации. Тонкость восприятия, думал он, или просто жизнь среди этого народа оказала такое воздействие на принца.

* * *

Они почти достигли берега, когда Эркор неожиданно остановился.

– Судно!

– Что с ним? – спросил Джон. Они были еще в лесу.

– Неды в доках, пытаются потопить корабль.

– Здесь, с побережья? – спросил Джон. – Зачем? Я думал, что неды только в городе.

– Банды распространились по всему Торомону. С ними лесной страж и... я видел этот рисунок!

– Зачем они хотят утопить яхту? Ты видишь какую‑нибудь причину?

Эркор покачал головой.

– Команда защищается. Один матрос пытался запустить мотор, но огненное лезвие хлестнуло его по спине, и он с криком упал на панель управления. Блеск огня в глазах человека, который прыгнул назад с наклонившейся палубы, когда волна хлынула через борт и закипела на судне в огне. Дым окутал рулевое колесо, где лежит матрос. – Эркор тяжело вздохнул.

– Но зачем? – спросил Джон. – Чего они хотят? У них есть какой‑то план?

– Нет, я не могу определить плана.

– Что же нам делать? – спросил Лит.

– Каким‑то способом нам надо вернуться. Может быть, сумеем отплыть из рыбачьей деревни или на грузовом пароходе, везущем руду с рудников в Торон.

Они снова шли по лесу до ночи, спали на краю поляны, а с рассветом продолжали путь.

Эркор первым услышал звук. Затем и двое других остановились и прислушались. За деревьями в утреннем воздухе тонко звучала калиопа...

Глава 8

– ...А затем начали бросать в нас огонь. Мы бросились за те каменные мешки, как каракатицы. У них есть что‑то горящее, как солнце, а там, где оно бьет, его скрывает туман. Я раза два был в передовых отрядах, чтобы установить начало постоянного лагеря, но ничего не вышло. То, что они делают, просто ужасно: повсюду разбросанные куски ребят. Нам говорили, что пройти тут будет столь же легко, как разрезать плод кхарбы. Говорили, что здесь, вероятно, стрельбы не будет. Ну, а я вовсе не хотел кончить так, как эти выпотрошенные отряды, и клянусь, готов был выйти из‑за мешков и драться. И вдруг началась какая‑то свалка футах в двадцати ниже. Ну, все, подумал я, они пробились и через десять секунд я мертвый. Но я ошибся. Суматоха внизу усилилась, затем кто‑то включил фонарик, и я увидел в тумане высокую фигуру. Это возвращался Курл. Я мигом очутился внизу. Все столпились внизу, вокруг него, послушать, что он скажет. Он присел на корточки в грязь и велел парню с фонариком посветить. И начал рисовать на мягкой земле. «Это наша стена. Здесь гнездо, и здесь, так что они могут бить вдоль стены. Но помните, это только два лагеря. Если вы пойдете по прямой, вы пройдете мимо обоих, и они не увидят вас. Так что идите в этом направлении, оно приведет вас прямо к нашей базе».