— Ты шутишь⁈ — округлила Алина глаза.

— Что, испугалась? — я засмеялся и указал на другие листы. — А что ты скажешь про это?

— Это? — Алина наморщила лоб. — На оружейных сайтах, как помню, похожие рисунки я видела. Что-то связанное с кумулятивной струёй, да?

Я усмехнулся. Кумулятивный эффект в этом мире уже использовался. С его помощью мы раздолбали призрачную защиту над корпусом сенешаля Нария в битве у переправ. Но механизм получился громоздким и не слишком надёжным. Полезный только в обстреле неподвижных площадных целей навроде огромного призрачного пузыря. В море, по крайней мере, я бы его применять побоялся. Корабли ведь на месте, как правило, не стоят. И стрельбу с шаткой палубы вести гораздо сложнее, чем с неподвижной скалы.

Ещё один минус: аэродинамика у здоровенной стрелы с набалдашником практически никакая. Чуть напортачил с прицелом, и всё — сверхценный заряд улетел хрен знает куда.

Поэтому, хочешь не хочешь, а снайперская стрельба по движущимся мишеням в предстоящем сражении у нас нифига не пройдёт. В серьёзном морском бою флот на флот нужно иное решение.

Первый напрашивающийся вариант — тот самый известный по древним хроникам «греческий огонь». Однако на дальней дистанции применить его не получится. Метров до полусотни, не больше. А защиту у чужих кораблей требуется выбивать метров за двести-триста. И тут, как мне кажется, напрашивается вариант номер два…

Я откинулся на спинку стула и, прищурившись, посмотрел на Алину:

— Ты что-нибудь слышала про боеприпасы с ударным ядром?..

Глава 20

Удивительно, но про ударные ядра Алина действительно кое-что слышала. Но именно что «кое-что». Подробности я объяснял ей около часа. Не скажу, что она поняла все детали, но, в целом, идею использования этой приблуды в здешних условиях ухватила.

— То есть, ты хочешь не только изготовить их механически, но и надеешься воспроизвести все системы управления ими с помощью рун? — спросила Алина в конце разговора.

— Управления и распознавания, — уточнил я, кивнув на последнюю схему.

Бумага для черновиков у нас практически кончилась. В этом мире, даже с применением магии, её производили немного, и стоила она очень приличных денег. Однако сегодня экономить её смысла не было. Ведь на кону стояло действительно много.

— А ты уверен, что сможешь?

— Мы сможем, девочка. Мы, — усмехнулся я, складывая исписанные листы в одну стопку…

Прерванный разговор мы продолжили через день. А после ещё через сутки.

Так продолжалось неделю. До того мига, когда я наконец понял: большего в этой части от девушки уже не добиться. Мы и так за неделю прошли полный курс теории автоматического управления, на который без магии рун потребовалось бы не менее года.

Вообще говоря, мне было удивительно наблюдать, как Алина тянется к знаниям. Пусть даже таким специфическим, каким я её обучал во время нашего недолгого путешествия, начиная от рукопашного боя и владения холодным оружием и заканчивая основами экономики и культуры древних цивилизаций Евразии, Африки и Мезоамерики. Ей было интересно всё. И она впитывала новые знания, словно губка. А потом спрашивала будто бы ненароком:

— А кем ты, на самом деле, был на Земле?

— Кем, кем… — усмехался я. — Частным лицом. Вот кем.

— А на что же тогда ты жил? На кого ты работал? Где ты учился?.. Уж, извини, я не в жизнь не поверю, что в ту же Сирию ты прибыл сам по себе, как частник. Ты служил ликвидатором, да?

Я в ответ снова посмеивался и качал головой:

— Ну, бывало, что да. Кое-кого я и впрямь исполнял, хотя и нечасто. Этому меня тоже учили, и учили неплохо.