– Они ненавидят нас, – говорит Каллиста.

– Кто-то ненавидит, – отвечает Отто. – Так было всегда.

– Не «кто-то». Все.

Отто велит водителю трогаться. Он уже рассчитывает свой следующий шаг. Передняя машина с охраной громко сигналит. Толпа неторопливо расступается. Отто усаживается поудобнее.

«Прекрасно, – думает он. – Пусть ненавидят. Это даже лучше».

14

Поездка до Академии раннего обучения занимает десять минут. Академия находится вдали от моря, на внутренней окраине города. Это целый городок с учебными зданиями, спортивными и сценическими площадками, павильонами для игр и выступлений, а также внушительным спортивным комплексом.

Естественно, Академия тщательно охраняется. Двух охранников мы увидели уже на подъезде к воротам.

– Не волнуйся, – сказала Тия, когда мы оказались у самых ворот. – Я сейчас проверну один трюк. – Она опустила стекло. – Добрый день, господин полицейский. Мы приехали на ознакомительную беседу для новых родителей. Наша фамилия – Димополус.

Охранник заглянул в список:

– Вашей фамилии здесь нет.

Тия изобразила огорчение:

– Наверное, это моя вина. Мы удосужились позвонить только сегодня утром. Но у нас хорошая новость! – Она крепко сжимает мою руку, чтобы охранник видел. – Подошла наша очередь!

– Что ж, поздравляю.

– Мы возьмем мальчика. Меня бы устроила и девочка, но мой муж был непреклонен.

Подыгрывая Тие, я высунулся в окошко с ее стороны и продемонстрировал охраннику лучезарную улыбку молодого отца:

– Так оно и есть. Какому мужчине не хочется сына!

– Дорогой, я же не спорю, – прощебетала Тия. – Пусть сначала будет мальчик. Потом возьмем девочку. Уговор есть уговор. – Она снова повернулась к охраннику. – По нам видно, как мы волнуемся. Подумать только, уже через две недели он сойдет с парома!

– Я еще раз проверю список.

Охранник вперился в лист, водя пальцем по строчкам.

– Очень любезно с вашей стороны, – сказала Тия. – Мне не хватает слов, чтобы поблагодарить вас.

Охранник добрался до конца списка и поднял голову.

– Вы совершенно уверены, что ваша беседа назначена на сегодня?

– Абсолютно. На сто процентов.

Мы рисковали. Охраннику ничего не стоило снять трубку и позвонить начальству.

– Понимаю, – сокрушенно вздохнула Тия. – Наше упущение, нам и расплачиваться. Приедем в другой раз.

– Черт с ним, со списком, – вздохнул охранник и крикнул парням около будки: – Все нормально! Пропустите машину.

– Вы нас пропускаете? Мы у вас в долгу.

– Наверное, кто-то опять недоглядел, – сказал охранник, наклонившись к окошку. – Такие накладки случаются сплошь и рядом. – (Ворота поднялись.) – Хорошего вам дня.

Мы покатили по длинной подъездной аллее.

– Потрясающий спектакль, – сказал я. – Ты, наверное, блистала в студенческом театре.

Тия пожала плечами:

– Торговля произведениями искусства – тоже торговля. Кое-чему научилась.

Кампус остался таким же, каким я его помнил. Здания со строгими, внушительными пропорциями, обилие зелени на лужайках и в садах, общая атмосфера места, словно проникнутая благородными устремлениями.