– Берни, братан, как же давно тебя не было! – воскликнул незнакомый человек и распахнул руки для объятий. Бернард неуверенно улыбнулся и они обнялись.

От комбинезона крепко попахивало, но Бернард просто задержал дыхание и когда незнакомец разомкнул объятия, спросил:

– Ты Эдгар?

– Э, парень, да ты, похоже, закладывал совсем не по-детски! Я же Гункс! Риччи Гункс – электрик!

– А! Электрик! – будто бы вспомнил Бернард и они рассмеялись, каждый испытывая собственную неловкость.

Бернард из-за того, что не мог вспомнить своих коллег, Гункс – из-за того, что проиграл по жребию встречу «старого камрада» и теперь не знал, что и как говорить.

А еще был третий участник этого шоу – сотрудник института Никса, который из своей машины в бинокль следил за этой встречей.

Он видел выражение лица своего подопечного и переживал из-за того, что босс не дал ему возможности ввести в память этого парня внешнего вида будущих коллег.

Это было не сложно, однако все, как всегда, делалось в обстоятельствах крайнего дефицита времени и о том, какая именно бригада примет новичка было неизвестно до самого последнего момента, поэтому снять их лидарные фейс-фото уже не было никакой возможности.

Ну и босс настаивал, чтобы пока силиконовую мембрану не перегружали, поскольку не было точного понимания – соответствует ли этот ввод заявленным характеристикам.

Лавсановая нить, имевшая электронную микроструктуру, играла роль главного чипа и вся конфигурация в ней был размещена на самых верхних молекулярных слоях. Ну, а аппаратура введения информации имела более грубую структуру, поэтому следовало быть осторожными – какая-то часть информации могла не пройти.

Можно было отложить ввод новичка в бригаду и добрать необходимую информацию о его будущем окружении, однако не факт, что все это удалось бы ввести в процессор и не факт, что он смог бы потом эту информацию удержать.

Вот так все и перестраховались. В том числе и босс. Сотрудник его, конечно, понимал, но, все же, было обидно. Имелась возможность довести условия ввода до, почти до идеальных, а теперь… Неизвестно, что получится.

Но, вот, вроде, они пошли к вагончику.

Сотрудник опустил бинокль и вздохнул. Пора было возвращаться, у него в лаборатории оставалось еще много другой работы.

55

Когда Бернард, вслед за Гунксом, поднялся в вагончик, все внутри показалось ему, как будто немного знакомым.

В любом случае, он решил, что уже бывал в таких вагончиках и раньше.

– Ну вот, брателла, тут ничего не изменилось за те две недели, что ты бухал! – с деланной бодростью сообщил Гункс и натужно рассмеялся.

Бернард в ответ неловко хохотнул.

– А вот твой лучший прикид, только что со склада! – продолжал «радовать» коллега, доставая из стенного шкафа новый комбинезон, который пока не вонял канализацией, но крепко фонил каким-то химическим растворителем.

– Ух ты, совсем новый… – сказал Бернард принимая подарок. – А где мой старый?

– Старый?

В этом месте Гункс завис, насчет такой ситуации Эдгар его не инструктировал. Сказал только – тебе сверху еще «полтинник», не ссы, нормально все будет.

– А, это… Короче твой старый комбинезон мы похерили, извини, братан. Был пожар и…

– Пожар?

– Ну, не то, чтобы пожар, но Ренальдо – молокосос решил сигару раскурить и не придумал ничего лучше, как… Это… – Гункс почесал нос. – Короче жидкость какую-то пролил и все полыхнуло, а твой комбинезон был на нем. Вот и прожег говнюк его насквозь.