Эдгара вызвали «на ковер» и вернулся он оттуда чернее тучи.

Уволить, понятное дело, никого не могли, роботы тоже были не волшебники и перед некоторыми наростами на стенках просто пасовали, но премии срезали, и как могли испортили бригадиру настроение.

Где-то над Центральным районом громыхнул гром и дождь стал усиливаться.

– Ну, наконец-то! – произнес Гункс и посмотрел на бригадира, но тот продолжал стравливать в грязную бездну трос, надеясь, что канализационный дрон все же откликнется и начнет сдавать назад. Но нет, он не сдавал. Он напрочь засел в зловонной жиже упершись в очередной многолетний сталактит.

А что делать, если администрация города находила деньги на прочистку только раз в десять лет? Кто в этом виноват?

Пошли тучи с запада и снова ударил гром.

Ослепительные молнии осветили небоскребы Сити и правительственный комплекс со зданием ратуши.

– Уходим! – зло скомандовал бригадир и набросил тросовую петлю на монтажный столб.

– Кайф! – произнес Ренальдо, стягивая с лица маску газофильтра и первым начиная карабкаться по лестнице смотрового приямка.

Прежде чем уйти, им требовалось выбраться из ямы глубиной в пять метров и там, наверху вернуть на место перекрытие – щит весом в сто пятьдесят килограмм.

– Зато прямо сейчас я смогу просушиться… Наконец… – выдавил сквозь стиснутые зубы Ренальдо на одном конце щита, а на другом его поддерживали Гункс и Фут.

– Бросили! – скомандовал Эдгар и щит грохнулся на место. – Нормально. Все, уходим.

52

Уже поднимаясь по металлической приставной лесенке в свой вагончик, Эдгар заметил, что кодовый замок двери открыт – на панели горел зеленый огонек.

– Что за хрень, Риччи, ты что, оставил дверь незапертой? – спросил он берясь за ручку.

– Чей-то незапертой? – возразил Гункс. – Все как положено сделал. Может воры, Эдгар? Ты поосторожнее.

Электрик оглянулся на Ренальдо, тот на Фута, которому было фиолетово. Он лишь улыбнулся и продолжил кивать, как будто прослушивал треки любимых исполнителей.

Эдгар был крепким парнем, однако и ему было страшновато.

Если бы не опасность потерять авторитет перед коллегами, он бы сначала вызвал полицию, а уж потом…

Однако, сейчас отступать было поздно и затаив дыхание, он шагнул в пугающую неизвестность.

Впрочем, интрига начала разваливаться, когда он увидел сидевшего на их диване упитанного щеголя лет сорока пяти, в костюме за пять тысяч дро.

Их новенький вагончик с амортизирующей подвеской, мейдером и аккуратным биотуалетом стоил примерно столько же.

Увидев Эдгара, незнакомец подскочил с диванчика и расцвел в улыбке, словно встретил, наконец, давно потерянного брата. Он даже раскинул руки для сердечного объятия, но правильно истолковав выражение лица Эдгара, опустил их и представился:

– Селинджер. Фред Селинджер. Представитель фонда «Добрая Эмилия Лански».

– Какая еще Эмилия? – угрожающим тоном переспросил Эдгар, заходя в крохотное помещение и значительно уменьшая незнакомцу пространство для маневра.

– Чего надо-то? – в тон ему уточнил Гункс, оглядывая подозрительного гостя сверху донизу.

За Гунксом и Эдгаром в крохотное помещение для отдыха протиснулись Ренальдо и Фут.

Только последний показался гостю расположенным доброжелательно, в глазах остальных читался вопрос: как ты проник в закрытый вагончик, сволочь?

«А что, я должен был ждать вас снаружи под дождем?» – ответил бы им Селинджер, однако вслух вопроса не прозвучало. Все молчали и доброжелательный рабочий – тоже.