Виктор покачал головой.

– Хороший мальчик. – Бритый шлепнул его по щекам – вроде бы в шутку, но довольно чувствительно. – Уходим, Киаран.

Они выключили свет и пошли к двери.

– Разве вы не развяжете меня? – тихо пискнул Виктор.

Бритый обернулся и холодно проговорил:

– Не думаю, что это хорошая мысль. Киаран может случайно взять да и порезать тебя. Не разберет второпях, где клейкая лента, а где уже ты сам. Мы сделаем по‑другому. – Он подошел к Виктору и отрезал от ленты небольшой кусок. – Это тебя убережет от ненужных ошибок. Не волнуйся. Кто‑нибудь придет сюда, попозже. Друзья или еще кто. Тебя же иногда навещают знакомые?

– Но как же я дам знать…

Бритый заклеил Виктору рот, прежде чем тот успел договорить.

– Придумай что‑нибудь. Напряги мозги, ты же умный.

И они ушли, но перед тем включили проигрыватель.

Больницы всегда нагоняли на Бэнкса тоску, и, пока он сидел в кафетерии, наблюдая за растерянными родственниками, на минутку отлучившимися от постелей своих больных детей, стариков‑родителей и увечных друзей, веселее ему не стало. Пара за соседним столиком обсуждала побочные эффекты после операции на предстательной железе. Бэнкс попытался не слушать их и сосредоточиться на том, что говорила Уинсом. Слава богу, хоть кофе здесь приличный. Есть ему не хотелось вовсе, хотя время обеда давно миновало, пора бы и проголодаться. Не хотелось даже спать – после того, как он увидел Энни и узнал, что происходит. Медсестра сказала им с Уинсом, что ее отец уже едет в больницу.

– Из того, что ты мне рассказала, я понял следующее, – подытожил Бэнкс. – Энни ранили, когда она приехала ко мне в дом, чтобы полить цветы. Она не подозревала, что может там встретить Трейси с приятелем.

– Очевидно, нет. Я даже уверена, что она об этом не знала. В противном случае обязательно бы подстраховалась и поставила кого‑то в известность.

– Не факт, если она хотела уберечь меня или Трейси от лишних неприятностей, – мрачно возразил Бэнкс. – Возможно, она надеялась, что справится с проблемой сама. Продолжай, пожалуйста.

– На самом деле этот парень – бойфренд Эрин Дойл, а не приятель Трейси.

– А Эрин арестована за хранение оружия?

– Да. Она под домашним арестом.

– Этот парень, как его…

– Джафф. Полное имя Джаффар Маккриди, но все зовут его Джафф.

– Вероятнее всего, именно он стрелял в Энни?

– Мы думаем, да.

– И Трейси позвонила в службу спасения?

– Да. Голос женский, звонили с ее мобильного. Я слышала запись, мне кажется, это Трейси. Она была напугана.

– Понятное дело.

– Нам удалось найти ее телефон, рядом с тем местом, где, видимо, стояла их машина. Он разбит вдребезги. Но сим‑карта уцелела, и мы установили, что предпоследний звонок был сделан в понедельник.

– То есть в тот день, когда все это завертелось?

– Да, в тот день Джульет Дойл пришла в участок рассказать о пистолете. Энни говорила, что она спрашивала вас.

– Меня?

– Да. Вероятно, надеялась, что вы сможете все уладить, не поднимая лишнего шума и без особого вреда для Эрин.

– Понятно, – кивнул Бэнкс. – Но меня не было, и все пошло наперекосяк. Эрин арестовали, а Трейси побежала предупредить ее бойфренда.

– Похоже на то, – согласилась Уинсом.