– Эрин, я сделаю все, что от меня зависит, чтобы тебе помочь. Я сам найду тебе адвоката. Даст Бог, вся эта ситуация с Джаффом и Трейси закончится благополучно и никто не пострадает – и это тоже будет тебе в плюс. Потому что ты нам сегодня действительно очень помогла.

Эрин устало кивнула. Они поднялись со скамейки.

– Ты сейчас куда? – спросил Бэнкс.

– Пойду, наверное, прошвырнусь по торговому центру, может, куплю себе пару шмоток и какую‑нибудь косметику. Я даже и не знаю, как вы решились выйти на улицу с такой страхолюдиной.

Бэнкс рассмеялся.

– Это нормально, как думаете?

– Что?

– Ну, что я пойду в «Суэйнсдейл» за покупками? Мне не надо вернуться в гостиницу? Отметиться, что я не сбежала? Я же не должна носить электронный маячок, правда?

– Да нет, конечно. Я бы тебе только не советовал уезжать из города. Поверь мне, тебя еще много раз будут обо всем расспрашивать, так что лучше оставайся в Иствейле. Ну а здесь можешь ходить куда угодно.

– Только не домой, – вздохнула Эрин.

– Только не домой.

Глава тринадцатая

Бэнкс откинулся на сиденье и закрыл глаза. Машина медленно ползла по шоссе А1 в сторону Лидса. Уинсом предложила Бэнксу отвезти его, и, хотя в обычной ситуации он предпочел бы поехать один, на сей раз все же согласился. Не стоит рисковать: он слишком вымотан и перевозбужден, чтобы самому садиться за руль. По дороге они почти не разговаривали, чему Бэнкс был только рад и с удовольствием слушал музыку по «Радио‑3».

Никогда в жизни он так не уставал. Под закрытыми веками плясали огненные пятна. Он почти физически ощущал, как мечутся в мозгу электрические импульсы, болезненно сталкиваясь и закручиваясь в безумные спирали. Чрезмерно много событий и переживаний обрушилось на него разом, и организм отказывался все это воспринять и адекватно реагировать. А пока он здесь выискивает по крупицам драгоценную информацию, его Трейси угрожает опасность.

Но иначе нельзя: настоящие проблемы возникнут, когда Джаффа удастся найти, и тогда любые сведения о нем станут для Бэнкса неоценимым подспорьем, его оружием против бандита с пистолетом, захватившего в заложницы его дочь.

Час пик еще не закончился, и машин было много. К счастью, до Виктора Мэллори уже недалеко, его дом рядом с Вест‑парком и гольф‑клубом. Около семи Уинсом остановилась возле увитого плющом особняка, покрытого свежей кремовой штукатуркой: большие многостворчатые окна, каменные фронтоны, ухоженный сад…

– Недурно, – заметила Уинсом. – Совсем недурно в тридцать‑то лет жить в таком домишке.

– Может, вышла неувязка и он в этом деле не замешан? – засомневался Бэнкс.

– А может, он увяз в таких делах по самое не могу?

– Тоже верно. Если он приятель Маккриди, то скорее всего. С кембриджским дипломом по химии можно многого добиться, и вовсе необязательно преподавать или работать на фармацевтическую компанию. Ну, об этом пусть у здешних коллег голова болит. – Бэнкс указал на серебристую «шкоду», припаркованную чуть дальше по улице. – Вон, кстати, и они, скромные наблюдатели.

– Слишком скромные. Их задрипанная «шкода» в этом роскошном районе незаметна, как бельмо на глазу, – фыркнула Уинсом.

Они вылезли из машины и неторопливо приблизились к «шкоде». Из открытого окна приятно потянуло сигаретным дымком. А раньше Бэнксу этот запах не нравился – уже и обоняние шалит от недосыпа и общего одурения.

– Есть чего? – спросил он, скрытно от посторонних глаз показав свое удостоверение.

– Да ни хрена, – ответил водитель.