Впереди кричал хриплый женский голос, похожий на голос говорящего попугая: слова лились сплошным потоком. Найсмит и девушка старались переместиться поближе, терпеливо прокладывая себе путь сквозь толчею толпы, причем иногда в горизонтальной, иногда в вертикальной плоскости.

Наконец Найсмит смог увидеть кричащую женщину. Она висела в середине небольшой группы кричаще ярко одетых людей. В своем пышном, покрытом узорами одеянии из белой и пурпурной материй она выглядела невероятно, безобразно толстой. Когда она повернулась, Найсмит увидел как заколыхалась ее тело, словно внутри под тканью было какое‑то желе. Ее болезненное лицо было покрыто морщинами, в глазах сверкало безумие.

– …подойди сюда и расскажи мне, кто ты, по‑твоему, есть, молчи и слушай, я тебе говорю, что не потерплю никакого неуважения, почему ты не подчиняешься правилам, не рассказывай мне, я тебе говорю, слушай…

– Высокорожденная, если вы позволите, – проговорил толстый мужчина в коричневом с кружевным жабо вокруг встревоженного и розового как у младенца лица.

– …никогда за триста лет не обращались со мной подобным образом, тихо, Труглен, я не с тобой разговариваю, как мне выносить эти постоянные перебивания, Регг, Регг, где это создание, Регг!

– Да, Высокорожденная, – проговорил зеленокожий мужчина, подплывающий к ней.

– Дай мне возбуждающего, разве ты не видишь, в каком я состоянии?

– Высокорожденная, – проговорил другой мужчина, почти такой же толстый, как первый, – попытайтесь успокоиться. Может быть, вы пожелаете немного подождать, прежде чем примете еще раз. Вспомните, что вы уже десять раз принимали средство за этот период…

– Не смей мне говорить сколько раз я его уже принимала, как ты смеешь?

Она апоплексически захлебнулась, взяла что‑то, что протянул ей зеленокожий, проглотила и какое‑то время свирепо уставилась на окружающих, безмолвная. Слуга протянул ей трубочку, ведущую к фляге с красноватой жидкостью, и она присосалась к ней, при этом ее старое лицо сильно опало, а сумасшедшие глаза почти вылезли из орбит.

Лисс‑яни поговорила с роботом, который плавно скользнул вперед и вежливо проговорил:

– Высокорожденная, здесь шефт, за которым вы послали.

Голова толстухи повернулась, как флюгер; она свирепо посмотрела и выплюнула питьевую трубку.

– Давно пора! Почему я больше не могу добиться послушания, почему вы все так усложняете мне жизнь, вы хотите убить меня, этого вы хотите? Эй, ты, выйди вперед, как тебя зовут?

Найсмит неохотно поплыл в ее сторону.

– Найсмит.

– Это не имя, ты что, шутишь со мной? Как его зовут, я говорю, как зовут этого шефта?

– Он не знает своего имени, Высокорожденная, – сказал робот. – Его следует называть» этот человек «.

– Тихо! – выкрикнула толстая женщина. – Эй, ты, ты шефт?

– Как видите, Высокорожденная, – проговорил Найсмит. Вокруг них стал образовываться шар наблюдателей, большая часть которых были неимоверно толсты.

– Какая наглость! Когда я еще должна была выносить такие оскорбления! Ты знаешь как убить зуга? Отвечай прямо и помни о своих манерах!

– Я не знаю.

– Он единственный шефт, который у нас есть, Высокорожденная, – проговорил розовый, как младенец, толстяк, нагибаясь поближе.

– Мне он не нравится! Вернитесь и немедленно добудьте другого, слышите, заберите этого прочь, я не буду иметь с ним дела, не буду!

– Высокорожденная, у нас недостаточно времени… – начал было толстяк.