Анна выдавила улыбку и отставила бокал.

– Пойдем, покажу тебе все, – позвала она Марию кивком головы.

Вскоре прибыли Лоренца с Томмазо, а за ними Агата с малышкой Джадой на руках.

– А тетя где? – спросила Лоренца.

– Наверху, с Марией, – ответил Роберто. – Кому вина? – поинтересовался он.

– Мне, пожалуй, – отозвался Томмазо.

– И мне капельку, – добавила Агата.

– Добро пожаловать, – встретила их Анна, которая как раз входила в комнату. Следом шла Мария, сцепив руки в замок. Она тут же прильнула к Роберто, и тот обнял ее за талию.

* * *

В три четверти шестого никого все еще не было.

Сонная Джада хныкала и терла глазки кулачками. Агата заметила:

– Малая спать хочет. Может, отнести ее домой, а? – спросила она Томмазо и ядовито добавила: – Тут ведь все равно делать особо нечего.

– Да, пожалуй, – ответил он, вставая со стула. – Лоренца, ты с нами?

– Хочешь, я останусь с тобой, тетя?

Хотя уже стемнело, Анна вглядывалась в поля за окном, скрестив руки на груди. На миг она обернулась и сказала:

– Нет, ma petite, езжай.

Антонио шепнул Агате:

– Я еще задержусь ненадолго.

Жена промолчала.

Когда Лоренца выходила, Антонио строго на нее посмотрел.

– Пока, папа, – попрощалась она, не отводя взгляда.

– Пока, – холодно бросил он.

Потом закрыл дверь и направился к Анне.

– Я же говорила: никто не придет, – пробормотала она.

Он посмотрел на нее с сокрушенным видом и положил руку ей на плечо.

– Мне так жаль… Не понимаю. Должно же быть этому какое-то объяснение…

Взгляд Анны стал жестче.

– Да плевать мне, – отрезала она. – Я все равно не отступлюсь. Думаешь, горстка невежд меня остановит?

* * *

На следующее утро в почтовом отделении Элена рассыпалась в извинениях.

– Я собиралась прийти, честное слово. Но пойми и ты меня: с такими распухшими, как сосиски, ногами куда я бы дошла?

– Ничего страшного, – ответила Анна, не поднимая глаз от писем на столе.

Даже Кармине, стоило ему войти, поспешил сказать, как ему жаль, что он не смог явиться… Но – неожиданное профсоюзное совещание, что ж поделать?

В то утро каждый встречный будто из кожи вон лез, извиняясь перед Анной. Нандо, наливая ей кофе с граппой, сетовал, что хотел прийти, даже бар пораньше закрыл, но тут жена удумала устроить генеральную уборку на чердаке и заставила наводить порядок.

– Уж если ей что в голову взбредет – все, никуда не денешься. Делай что велено и как велено.

– Не переживай, Нандо, – парировала Анна. – Еще успеешь прийти, если захочешь.

Но больше всего ее расстроило отсутствие Джованны. До последнего Анна надеялась увидеть ее в Ла-Пьетре, но тщетно. Когда она вернулась домой к ужину и услышала простодушный вопрос: «Ну как все прошло?», то просто не выдержала:

– А тебе и правда интересно?

– Почему ты так говоришь? – опешила Джованна.

– И ты еще спрашиваешь? Сегодня ты была мне нужна, нужна рядом. А тебя не было. Ради чего это все? Ради кого? Долго ты еще будешь плясать под дудку этого человека?

И она ушла к себе, хлопнув дверью.

Несколько часов спустя, уже лежа в постели с книгой, Анна услышала тихий стук.

– Можно? Мне надо тебе кое-что сказать. – Джованна вошла, понурив голову и закусив губу. – Ты права. Я виновата, знаю. Но пойми, я не такая сильная, как ты…

– Нет, ты сильная, – перебила ее Анна, усаживаясь на кровати.