– Ага. Амедео звали. Симпатичный такой… Художником мечтал стать.

– И что же дальше?

Анна вздохнула.

– А потом появился твой брат и решил его… победить. И Амедео, и всех остальных моих кавалеров.

– Их что, много было? – хмыкнул Антонио.

– Да так, парочка, – небрежно отмахнулась Анна. Поерзала в кресле, устраиваясь поудобнее. – Но я, знаешь ли, помучила Карло, прежде чем подарить ему поцелуй! – с нескрываемой гордостью призналась она. – Мои кузины только и твердили: «Не упрямься, а то упустишь такого завидного жениха!» А знаешь, что я им отвечала?

Антонио покачал головой.

– Пусть он боится упустить такую завидную невесту!

– Не поспоришь… – пробормотал Антонио слегка охрипшим голосом.

– Мне бы очень хотелось, чтобы он понял, как много для меня значит эта работа, – вновь посерьезнела Анна. – Ты вот сразу все понял. Почему же он никак не поймет?

Антонио поднялся и сунул руки в карманы.

– Хочешь, покажу мое любимое место? – вдруг спросил он.

Анна с любопытством взглянула на него.

– Какое место?

– Тут недалеко. Прямо над нашими головами. – Антонио указал на потолок.

Они вышли через заднюю дверь и оказались во внутреннем дворике, окруженном высокими облупленными стенами.

– Это что, тюрьма? – усмехнулась Анна, озираясь по сторонам.

– Сюда, – поманил ее Антонио.

Они пошли по узкому проходу вдоль одной из стен. Еле-еле протиснулись – пришлось идти гуськом. Поднялись по длинной каменной лестнице, ведущей на крышу.

– Посмотри! – воскликнул Антонио, когда они наконец очутились наверху.

Анна сделала несколько шагов вперед и замерла. Отсюда казалось, что весь городок можно зажать в ладонях. Вон церковь, вон площадь, вон замок… А вот и люди – снуют внизу, словно муравьи.

– Смотри, даже почту видно! – Анна ткнула пальцем в знакомое здание.

Антонио приблизился к ней.

– А за спиной у нас – море.

Он осторожно взял Анну за плечи и развернул.

Она прищурилась. Вдали и правда виднелась тонкая полоска воды, разрезающая горизонт надвое.

– Красиво тут, – сказала Анна. – Так спокойно…

– Потому я и прихожу сюда каждый день.

Она улыбнулась ему и вновь посмотрела на море. В это мгновение легкое дуновение ветра растрепало ее заплетенные в косу волосы, высвободив одну прядь. Анна зажмурилась и почувствовала легкое прикосновение ветра на своем лице.

Антонио не сводил с нее глаз, чуть склонив набок голову. Он мысленно обвел пальцем ее профиль, который четко вырисовывался на фоне неба. Прислушался к безмолвию этого места – укромного, хоть и открытого всем ветрам. И вдруг осознал: они впервые остались наедине, скрытые от посторонних взглядов. Антонио шагнул к ней, обхватил ладонями лицо и нежно, бесконечно нежно поцеловал в губы.

Когда он открыл глаза, Анна испуганно отпрянула и прижала ладонь ко рту.

– Прости, – сдавленно пробормотал Антонио, пятясь назад. И остановился лишь тогда, когда уперся рукой в парапет.

Анна в ужасе посмотрела на него. Молча развернулась, широким шагом подошла к лестнице и скрылась из виду.

8

Май–июнь 1936 года

С того утра на террасе Антонио больше не мог нормально спать. Он метался в постели, покрытый испариной, и мучился оттого, что никак не мог нормально вдохнуть. Казалось, будто дыхание застревает в груди и никак не может вырваться наружу. В первый раз он подумал, что умирает: сел в кровати и в ужасе разбудил Агату, тряся ее за плечо.