Милан подошел к ней и встал рядом.

«Проклятье. Нет…»

Его бросило в жар, хотя балконная дверь была распахнута и в квартиру врывался поток холодного воздуха.

– Где он? – Милан повернулся к ней.

Куда она перенесла гриль?

– Он стоит в комнате Луизы. И нет!..

Милану, который бросился было к лестнице, пришлось остановиться, потому что Линн направила на него оружие.

Она больше не прятала правую руку.

– Спасибо, что открыто хранишь пистолет в ночном столике, – сказала она. – Это очень облегчило мне задачу.

– Чего ты хочешь? – спросил он, стоя всего в двух шагах от нее.

– Сделать тест. Я же сказала.

Она целилась Милану то в лоб, то в грудь. И не в состоянии повлиять на это, он чувствовал, как его шрамы на голове и плече поочередно давали о себе знать, в зависимости от того, куда был направлен пистолет.

– Дай-ка подумаю, – сказала Линн с дерзкой улыбкой на губах. – Гриль, который я снова разожгла, уже десять минут стоит в комнате Луизы. Думаю, у нее остается максимум час, прежде чем она умрет от отравления угарным газом. Как когда-то твоя дорогая мама.

«Боже!» Милан искал выход, но не находил.

– Линн, ты ведь не хочешь остаться сиротой. Если я действительно твой отец, ты же не застрелишь и меня тоже.

Она кивнула:

– Тебя нет. Нет. Это и есть тест. И он работает так.

Она приставила пистолет себе к подбородку и спокойно продолжила:

– Я выстрелю в себя, как только ты сделаешь шаг в мою сторону. Это твой тест. Давай выясним, на чьей ты стороне.

– Что еще за чертов тест?! – закричал Милан в надежде, что кто-нибудь наверху проснется и вызовет полицию.

– Кого ты выберешь, Милан? Меня, твою родную дочь, или Луизу, чужого ребенка?

Линн больше не улыбалась. Она стала серьезной. Серьезнее, чем должен быть четырнадцатилетний подросток.

– Будь честным, в глубине души ты знаешь ответ. Мы принадлежим друг другу. Ты, не раздумывая, бросился мне на помощь. Ты ведь почувствовал связь между нами? С того момента, как ты увидел меня в первый раз. Когда я прижимала листок к стеклу. Ты почувствовал это, как и я. Мы должны быть вместе.

– Да, – сказал Милан, потому что не видел другой возможности.

– Ты ведь это знаешь?

Он кивнул.

«Да». Он не был уверен. Не на сто процентов. Но догадывался.

Якоб сам ему это раскрыл. Уже несколько недель назад.

«Потому что я не позволю Линн так со мной обращаться», – сказал он, когда хотел его убить.

Он сказал Линн. Не Зои!

«Если я ничего не получу, то и она ничего не получит».

– Мы с тобой из одного теста, – сказал Милан, и на лице Линн снова появилась улыбка. Искренняя, открытая и облегченная.

Как выяснится, ее последняя улыбка.

Линн нажала на спусковой крючок, когда увидела, как Милан метнулся в ее сторону.

74

Сегодня

Тюрьма Тегель

– То есть ты ее убил?

Голос Зевса эхом отдавался от кафеля тюремной прачечной.

Он выглядел потрясенным.

– Я столько времени слушаю эту историю из тысячи и одного кошмара, чтобы в конце узнать, что ты действительно виновен, убийца ребенка?

– Она сама выстрелила.

– И я должен в это поверить?

Зевс позвал Катка и крикнул, чтобы тот не забыл свой утюг, но Милан не услышал никакого движения за дверью.

Зато Зевс подошел ближе.

Боже, как же ему надоели все эти старики.