– Вы – пара исключительных подонков. – В отвращении она отвернулась и задрала вверх голову, уставившись в небо Аркадию был знаком этот прием – она хотела сдержать слезы.

Морган начал было увещевать ее «Сьюзен…», но она жестом руки остановила его и, не проронив больше ни слова, направилась к гостинице.

С кривой улыбкой Морган повернулся к Аркадию.

– Приношу свои извинения. Не знаю, в чем тут дело.

Сьюзен, решительным шагом приближаясь к дверям, вклинилась между Марчуком и Гессом, растолкав их обоих в стороны. Мужчины поспешили вслед за неторопливо идущими по дороге Аркадием и Морганом. Глаза Марчука блестели, как у человека, успевшего уже пропустить стаканчик другой. На таком холоде судить об этом по его дыханию было трудно. Выходка Сьюзен оставила у всех чувство какой то неловкости.

– Понятно, – сказал наконец Морган. – Она только что узнала, что ее замена придет не раньше чем в Сиэтле. Придется ей еще задержаться на «Полярной звезде».

– По видимому, – ответил Аркадий.

Глава 19

Аркадий и двое его соотечественников пили пиво, сидя за столиком с пластиковой крышкой, имитирующей красное дерево. Опираясь спиной о перегородку, отделяющую столик от помещения бара, Марчук заметил:

– Когда американцы напиваются, они начинают громко разговаривать и шуметь. Русский мужик становится только серьезнее. Он пьет до тех пор, пока не упадет с достоинством, как падает дерева. – На мгновение он задумался над кружкой с пивом. – Ты не собираешься бежать?

– Нет.

– Пойми, одно дело снять человека с конвейера и позволить ему шляться по судну, и совсем другое – позволить ему сойти на берег. Как ты думаешь, что бывает с капитаном, чей матрос бежит? С капитаном, позволившим рыбаку с твоими документами сойти на берег в чужой стране? Скажи мне.

– На вышках в Норильске еще есть место для охранников.

– Я сам тебе скажу. Я найду тебя и убью своими собственными руками. Сердцем же я, конечно, с тобой. Но я хочу, чтобы ты это знал.

– Выпьем. – Аркадию нравились люди прямые и честные.

– Поздравляю! – Подтянув стул, к ним присоединился Джордж Морган, он чокнулся своей бутылкой пива с Аркадием. – Я так понял, что вы разрешили эту загадку? Самоубийство?

– Она оставила записку.

– Вам повезла – Морган уже обрел прежнее спокойствие и невозмутимость. Не этакий чернобородый тигр вроде Марчука или гномик наподобие Гесса, нет: каменное лицо профессионала с пронзительным взглядом голубых глаз.

– Мы говорили о том, какое необычное это место – Датч Харбор, – сказал Гесс.

– Отсюда ближе до полюса, чем до остальной территории Штатов. Странное места – Морган поддержал тему.

Другое место, подумал Аркадий. Другое. Бар в Союзе – это тихое заведение, где собираются спокойные, усталые мужчины, здесь же стоит неумолчный гам. Вдоль стойки расположилась компания в шерстяных рубашках и клетчатых кепках, крепкие бородатые длинноволосые парни, полные энергии и здоровья – как же им не хлопать друг друга по спине и не пить прямо из бутылок. А зеркало позади стойки бара чуть ли не во всю стену, казалось, удваивало число посетителей, прибавляя, значит, тем самым и шума. В углу группа алеутов играла в пул*. За столами сидели женщины, девицы с размалеванными личиками и неестественно светлыми волосами. На них почти никто не обращал внимания за исключением, пожалуй, Ридли, которого дамы взяли в кольцо. Инженер решил как то выделить себя из толпы: в бархатной рубашке и с золотой цепью на груди он походил на принца эпохи Возрождения, болтающего с крестьянками. Вот он встал, направился к Аркадию.

></emphasis>

* Разновидность бильярда.