Он подождал, пока Сильвия тихонько, на цыпочках сходила в комнату Джеффи, чтобы посмотреть, спит ли тот.

– Все в порядке? – спросил Алан, когда она вернулась.

Сильвия кивнула, улыбнувшись:

– Спит как дитя.

Они вышли на лестничную площадку и обратили свои взоры вниз, где в это время волновалось разноцветное море человеческих лиц, блестящее и переливающееся всеми оттенками радуги, устремляющееся то в одну, то в другую комнату, образующее отдельные ручейки беседующих друг с другом людей. Алан узнал среди них массивную фигуру одного из известнейших защитников футбольной команды «Джетс». Промелькнуло также лицо комментатора нью‑йоркского телевидения. Еще Алан услышал голос своего любимого утреннего диск‑жокея, но так и не смог разглядеть его лица.

Мимо прошел приятель Сильвии, Чарльз Эксфорд.

«Интересно, кем он доводится Сильвии, – подумал Алан. – Наверно, очередной ее любовник. У нее, должно быть, много любовников».

Потом он увидел человека, которого знал по фотографиям в газетах.

– Это ведь Эндрю Каннингхэм, правда? – спросил он у Сильвии.

– Да. Я говорила вам, что здесь будет несколько политических деятелей. Где‑то здесь должен быть Свитцер, – ответила она.

– Вы знаете Майка?

– Я поддерживала его избирательную кампанию в прошлом году. Надеюсь, он не будет слишком разочарован, когда узнает, что на этот раз не получит моих денег.

Алан улыбнулся:

– Он плохо вел себя в Вашингтоне?

– Не в этом дело. Просто у меня есть правило: я никогда не поддерживаю тех, кто остается на второй срок. – Ее глаза сузились. – Как только люди прочно обосновываются в должности, они становятся опасны. Я считаю, что их нужно поддерживать в состоянии неуверенности.

Алану показалось, что он услышал в ее тоне ту самую нотку озлобленности, о которой сообщил ему вчера вечером Тони.

– Почему? – спросил он.

Ее лицо стало непроницаемым.

– Из‑за этих политиканов, воссевших на тепленьких местечках, Грега отправили во Вьетнам, и он вернулся оттуда в уверенности, что может все. Это‑то и убило его.

Алан прокрутил в памяти историю гибели Грегори Нэша. Когда все это случилось, он еще не жил в Монро, однако позже ему приходилось не раз слышать подробности происшедшего. Ветеран вьетнамской войны, Грегори Нэш, пикетировал помещение местного профсоюза №7 – 11, когда какой‑то тип, направив револьвер на служащую, велел ей достать деньги из кассы. По свидетельству очевидцев, Нэш вошел в помещение и ловко обезоружил грабителя. К сожалению, он не знал, что у бандита был сообщник, который и убил его выстрелом в затылок. Нэш был доставлен в больницу уже мертвым...

Тут Алан вновь увидел внизу Каннингхэма и вспомнил о их с Майком Свитцером вражде.

– Боже, Сильвия! Если Свитцер и Каннингхэм сегодня встретятся, тут черт знает что начнется! – прошептал он. Сильвия в испуге прикрыла рот рукой.

– О Бог мой! Я совсем не подумала об этом!

* * *

Сильвия решила положить конец разговору о политиках, чтобы побеседовать с Аланом о нем самом. Она давно уже была знакома с этим человеком, однако до сих пор у нее не было случая поговорить с ним, что называется, по душам. Теперь же, когда он был целиком в ее распоряжении, она не хотела упускать эту возможность.

Положив руку ему на плечо, Сильвия почувствовала, как доктор вздрогнул. Неужели она так волнует его? Сердце у нее забилось.