— Она не скрывает ни от кого своего греховного интереса к юношам, практически мальчикам. Говорят, что эта одержимость была в ней всегда, с самого детства, когда она, едва бросив первую кровь, обольстила своего брата, который был старше Марты всего на год. К счастью, Господь покарал ее бесплодием, иначе, не удивлюсь, что она и собственного сына бы развратила. Во всяком случае, до пасынка фрау Олаф точно добралась. Очень грандиозный скандал тогда произошел, когда достопочтенный герр Олаф застал их в супружеской постели. Он был в ярости, и шум скандала привлек внимание соседей, так, собственно, они и узнали о странных пристрастиях фрау, вот только… — он замолчал, прикусив губу, затем решительно продолжил. — Я не могу давать советы, вашему высочеству, но вы должны прервать все сношения с этой женщиной. Никто из нас не сумеет защитить вас, когда вы останетесь наедине. Она воистину одержима дьяволом, возможно из-за этого настолько притягательна.

— Что произошло между супругами? — мрачно спросил я, разумно полагая, что именно тогда произошло нечто, что сейчас заставило Румянцева буквально настаивать на том, чтобы я порвал с любовницей.

— Горя праведным гневом, герр Олаф решил слегка проучить неверную супругу, вот только, когда он потребовал оставить его сына в покое и пригрозил высечь фрау кнутом, а потом выставил мальчишку из комнаты, она набросилась на него и едва не убила, вонзив ножницы в грудь. При этом она кричала, что мальчик принадлежит ей, и она сама его отпустит, когда придет время. На следующий же день фрау вела себя, словно ничего не произошло, а герр Олаф удалил сына из дома, отправив от греха подальше к брату в Любек. После у нее было еще несколько связей… Она называет себя наставницей… — Румянцев снова замолчал. — Уж не знаю, может быть, это и есть колдовство, но Марта словно цепями приковывает несчастных к себе, и когда они становятся старше, и ей не интересны, она без сожалений расстается с ними. Двое из них покончили с собой, не в силах пережить расставания, а Марта всего лишь смеялась, говоря, что таким образом они доказали вечную любовь к своей наставнице.

— Да уж, весело у них тут, — подняв перо, я принялся крутить его в руке.

— Ваше высочество, вы, я надеюсь, не пали жертвой этой ведьмы? — Румянцев пристально смотрел мне в лицо, видимо, пытаясь найти признаки одержимости.

— Что? — я сфокусировал взгляд на нем. — Не мели чушь, я всего лишь приятно провожу время, ничего большего. Сейчас же вообще считаю, что это было ошибкой, начинать какие-либо отношения. Но в ее безумии настолько сильная притягательность, что устоять было сложно, да я и не хотел, — бросив злополучное перо, передернул плечами, — просто сразу не понял, что у нее серьезные проблемы с головой. Ты прав, пора заканчивать эту связь. Будь так добр, купи какую-нибудь безделушку у местного ювелира, деньги возьми у Криббе.

Румянцев кивнул и быстро вышел из комнаты, я же потер шею, это надо же было так влипнуть. А ведь Олаф, сука, прекрасно знал, что за мания преследует его жену, и знал, что она способна в порыве ярости или ревности убить, а ее сумасшествие придавало ей силы, позволяющие справиться с взрослым мужчиной. Члены городского совета не забыли про торжественный ужин, они его и не планировали организовывать, и поняли, что лоханулись только тогда, когда я запросил книги в категоричной форме. Вот тогда и вспомнили про Марту и ее маленькую пикантную особенность. Недаром именно ей было поручено этот ужин организовать, и как хозяйке вечера вертеться возле меня. В то время, как я, на минуточку, был самым молодым на этом празднике жизни. Итог был предсказуем для всех, кроме меня, Штелина и Криббе. Недаром все так смотрели на нас весь ужин, а я, идиот, думал, что мужики просто без ума от Марты.

Ладно, это было очень жарко и страстно, во всяком случае поначалу, но с этим действительно пора заканчивать, тем более, что у меня накопилось достаточно сведений о том, что ее муж был нечист на руку, и именно сегодня Федотов с оставшимися гвардейцами должны взять их под стражу.