Ступа, конечно осталось на месте, а вот Яга действительно подняла голову – бессмысленно огляделась своими выпученными глазищами – не могла понять, что это происходит, но вот вспомнила, и на карачках, но однако ж со скоростью бегущего человека, стала надвигаться на ступу – даже и глядеть было жутко – настолько быстро она приближалась.

– Ну же, давай! Лети! Я тебе приказываю – взлетай! – Ярослав принялся трясти ступу за борт, а она издала скрежет похожий на злорадный смех:

– Так я и знал – нельзя доверять этим колдовским штучкам.

Яга оказалась уже не далее как в десяти метрах.

– Ну поднимись же в воздух!! – вскрикнул Ярослав в нетерпении, и ударил по ступе кулаком – ступа оставалась недвижимой.

– Ярослав – я вспомнила, чтобы ступа взлетела, нужна метла. – заворожёно глядя на Ягу, и загораживая от неё Алёшино тело, молвила Оля.

– Поздно! – обречёно вскрикнул мальчик.

И действительно – до Яги оставалось всего лишь пара шагов. Вот ведьма победно загоготала, вытянула к жертвам своим ручищи – и тут! – по ручищам этим молниеносный огненный комочек метнулся!

– Жар! – воскликнула Оля.

И действительно – это был Жар. Всё это время пёс–мышка просидел в Олином кармане, и вот наконец почувствовал, что пришла пора действовать – несколькими ловкими прыжками он перебежал по Олиному рукаву, промчался по ручище Яги… Яга вскрикнула, и отдёрнулась, потому что она, несмотря на жуткий свой облик, несмотря на древность свою – всё–таки была женщиной, и как всякая женщина инстинктивно боялась мышей, а тем более – огненных (она и позабыла, что сама заколдовала Жара в такое обличие).

Жар метнулся в ноздрю её громадного носа – Яга взвыла, и уж позабыла и про ребят, и про ступу – она схватилась за нос, бросилась куда–то, подлетела в воздух; рухнула. Жар щекотал её усиками – грянул оглушительный чих – в котором Жар огненным пятнышком вылетел.

В это время Ярослав, оставив в ступе Алёшу и Олю, бежал, высматривал метлу – он догадался, что её надо искать возле того места, где прежде столь долгое время стояла изба. И он не ошибся – метлу он буквально вырвал из под лап очередного чудища, и, оседлав её, чувствуя себя так, будто во сне, в одно мгновенье перелетел к ступе – запрыгнул, а за ним и Жар огнистым комочком юркнул обратно в Олин кармашек.

Вот Ярослав взмахнул метлою и ступа взлетела!

Поляна с мечущимися по ней чудищами отскочила куда–то вниз.

Всё вверх и вверх – ни на мгновенье не останавливаясь – холодный ветер уже резал лица.

Глянули вниз и увидели черный лес и маленькую–маленькую избушку, обнесенную кругом частокола, избушка валялась и смешно, словно перевернувшийся жучок, дёргала тоненьки ножками.

– Брр! Да так совсем замерзнуть можно! – закричал Ярослав, и замахал отчаянно метлой, которую он сжимал со всех сил. Ступа метнулась в одну сторону в другую, едва не перевернулась…

Оля не кричала, как можно было бы ожидать почти от любой девушки в такой ситуации – нет – она склонилась над Алёшей, во время всех этих головокружительных рывков удерживала его, чтобы он ненароком не вывалился. Она только прошептала:

– Ярослав, прошу тебя – осторожнее…

Ярослав, дрожащим голосом (ведь никогда прежде летать ему не доводилось), пробормотал слова извинения, и осторожно повёл метлой назад – ступа послушно полетела вперед.

Ступа была подобна лодке, а метла – веслу, которое рассекало воздух. Махнул Ярослав еще раз и ступа полетела быстрее, еще раз и совсем уж быстро – Ярославу пришлось закрыть глаза от ветра. Тогда он выставил метлу вперед и ступа резко затормозила – Ярослава бросило вперед и он вновь едва не вылетел…

Наконец остановились, огляделись.