– Ты что, серьезно думаешь, что не смогу?

Говоря это, он выхватил оружие обеими руками; удар лазерного луча и очередь коротких зарядов почти монолитного звука из акустического пистолета уложили двоих женщин и двоих мужчин практически мгновенно, а третья женщина схватилась руками за живот и согнулась пополам, корчась от боли.

Двое оставшихся в живых мужчин уже с оружием в руках – у одного из них был акустический пистолет, у другого старомодный реактивный – бросились искать укрытие, отстреливаясь. Вечный Малыш не пригнул голову, не присел, не упал, не отошел за столб, даже не встал боком. Он, твердо стоя на крыльце, как будто не замечая пуль и акустических зарядов вокруг него, тщательно прицелился из лазера и уложил обоих. Затем как ни в чем не бывало снова повернулся к раненой женщине, отчаянно пытавшейся вытащить пистолет, прицелился ей между глаз и выстрелил. Без звука она замерла на земле.

И только теперь восьмой нападающий, тот, что оставался позади, стал подходить к Малышу.

– Неплохо, – сказал он. – Совсем неплохо.

– Превосходно, провалиться мне на этом месте, – ответил Малыш.

– Гм, это спорный вопрос, – спокойно продолжал мужчина. – Четверо из них были мертвы, а еще один все равно что мертв еще до того, как они поняли, что драка началась.

– Когда сил семь к одному не в твою пользу, ты не будешь ждать, когда судья махнет флажком, – сказал Малыш. – Если они не были готовы, то это их проблема.

– Полностью согласен, – сказал подошедший. – По правде говоря, мне надо бы быть благодарным тебе. Ты избавил меня от необходимости самому их убивать.

– Я так понимаю, ты не очень любишь делиться, – с улыбкой сказал Малыш.

– Я работаю один.

– Тогда не поразмыслить ли тебе над тем, не хочешь ли ты умереть тоже в одиночку, – предложил Малыш.

– Я мог бы сказать то же самое тебе.

– Мог бы, – согласился Малыш. – Но, вероятно, я не стал бы слушать.

– Да уж готов поклясться, не стал бы, – сказал тот. – У нас с тобой много общего.

– Ты так думаешь?

Мужчина кивнул.

– Мне наплевать на наградные деньги и на девчонку, тебе тоже на них наплевать. Мужчины вроде нас живут только ради прелести соревнования.

– Или умирают ради него, – отозвался Малыш.

– Или умирают ради него, – эхом откликнулся мужчина. – Ты Вечный Малыш, так?

Малыш кивнул.

– Мне приходилось слышать о тебе.

– Не знаю, приходилось ли мне слышать о тебе или нет, – отозвался Малыш.

Мужчина усмехнулся.

– Может, мое имя тебе поможет вспомнить – я Джимми Колючка.

– Ты знаешь, я все спрашивал себя, не было ли тебя в этой банде, – сказал Малыш, кивая в сторону семерых мертвых охотников за премиями, на оружии которых тускло отсвечивало красноватое солнце. – Но судя по тому, что я о тебе слышал, мне стало ясно: тебя среди них быть не могло.

– Моя репутация меня опередила. Бальзам на раны.

– Я так ждал встречи с тобой, – сказал Малыш.

– Мне одно время хотелось, чтобы мы встретились за стаканчиком когда‑нибудь, может, обменялись бы рассказами, – ответил Колючка. Он вздохнул. – Но, наверное, такая встреча лучше.

– Гораздо лучше, – согласился Малыш; над ними лениво закружилась етая неведомых пернатых.

– Я заметил, что ты не попросил меня вернуться на корабль, пока жив, – сказал Джимми Колючка с довольной улыбкой.