На полпути до общежития вспомнил, что собирался зайти к куратору и поговорить о маме. Хоть я и не видел ее лично, а только в картинках-воспоминаниях и во сне, но мне очень хотелось увидеть ее живой и здоровой. Я уже успел мысленно привязаться к ее образу. Я вошел в учебный корпус и повернул направо по коридору в сторону кабинета Рэйдэна Кимуры. Дверь прикрыта, но не заперта. В кабинете тихо. Я аккуратно постучал, сначала никто не ответил. После повторного чуть более громкого стука, раздался раздраженный голос.

– Кто там еще?

– Это я, господин Кимура. Акиро.

– Заходи, через дверь неудобно разговаривать.

Судя по интонациям, Рэйдэн был сильно не в настроении. Я открыл дверь и скользнул внутрь. Краем глаза я успел увидеть, как куратор положил в ящик стола непонятное устройство и быстро задвинул ящик на место. Сделал вид, что этого не заметил, но сложнее было скрыть сжигающее изнутри любопытство. Я закрыл за собой дверь и замер.

– Проходи, садись, – сказал уже более спокойным голосом Рэйдэн. Он дождался, пока я расположусь на скамеечке напротив его стола. – С чем пожаловал? У тебя такое выражение лица, словно ты увидел любовные игры драконов.

– Нет, этого я не видел. Думаю, и хорошо, что не видел. Я хотел о другом поговорить, – пробубнил я, не зная, как правильно начать этот разговор. – Я хотел поговорить о маме.

– О маме? – брови старика бодро подпрыгнули над дрогнувшими на переносице очками. – Этот вопрос ты поднимаешь первый раз за время пребывания в университете. Хотя ты здесь всего несколько месяцев, я думал, может ты недостаточно соскучился. Как я понимаю, отношения у вас в последнее время были довольно сложные. Я наслышан о твоей амнезии. Ты хоть помнишь, когда ты в последний раз ее видел?

От этих слов куратора по спине пробежал холодок. Неужели она все-таки мертва? А ведь я так надеялся… Даже сам не заметил, что мои глаза увлажнились. А вот куратор заметил.

– Успокойся, Акиро, давай разбираться. Ты помнишь, когда видел ее последний раз?

– Нет, не помню. Мэдока сказал, что она умерла несколько месяцев назад. Но мне кажется, что это неправда. Мне очень нужно увидеть ее.

– Очень приятно слышать, что твое отношение к ней радикально изменилось. После окончания первого триместра обучения в стенах имперской школы ты даже не хотел ехать домой на летние каникулы. Все время до поступления в университет ты провел у друзей, большую часть у Икэда. Лишь бы не возвращаться домой. Когда ты учился в выпускном классе, Тэкера придумала легенду о тяжелой болезни. Она надеялась, что хоть это сможет на тебя как-то повлиять. Замысел не удался. Твоя мама подготовила все документы на владение, теперь хозяином являешься ты. Потом она умерла.

На последних словах Рэйдэна я аж подпрыгнул. Только мне начинало казаться, что он мне скажет, что она жива, и тут эти слова. Они рухнули на мою голову, придавив хуже гранитных плит. Куратор почему-то странно улыбнулся уголками губ и жестом попросил меня успокоиться.

– Акиро, ты увидишь свою маму. О том, что она жива, почти никто не знает. Она не хотела, чтобы и ты узнал. Думала, ты захочешь приехать на похороны и тогда эта тайна раскроется, но ты не поехал. Сейчас, увидев твою реакцию, я решил тебе рассказать.

Я вскочил со скамейки и бросился на шею куратору, забыв про приличия и субординацию. Ревел, как маленький ребенок, но теперь от счастья. Рэйдэн некоторое время не мешал мне давать волю чувствам, потом тихонько отстранил от себя.

– Сядь, пожалуйста.