– Что это? – спросил Дмитрий Аркадьевич.

– Всего лишь инъекция ряда витаминов, – объяснил Киллгор, опуская ампулу на стол.

Попов поднял ее и прочитал этикету, которая гласила: В‑2100 11‑21‑00 и ничего больше. Затем он вздрогнул, когда игла вошла ему в руку. Ему никогда не нравились уколы.

– Ну вот и все, – сказал Киллгор. – Завтра я поговорю с вами относительно состава вашей крови. – Затем он указал пациенту на крючок, где висела его одежда. Как жаль, подумал Киллгор, что пациент так и не понял, что ему только что спасли жизнь.

* * *

– Создается впечатление, что он просто не существует, – сказал своему боссу специальный агент Салливэн. – Возможно, кто‑то приходит и забирает его почту, но не за последние девять или десять дней.

– Что еще можно предпринять?

– Если хотите, мы можем положить в почтовый ящик камеру и сенсорное устройство, реагирующее на движения, как это делают сотрудники Федерального агентства по борьбе с наркотиками, следящие за передачей наркотиков без непосредственного контакта с подозреваемыми. Мы можем сделать это, но такое стоит дорого, и придется держать поблизости одного или двух агентов, которые могли бы реагировать на поданный сигнал. Это дело действительно настолько важно?

– Да, теперь очень важно, – сказал своему подчиненному заместитель специального агента, руководящего деятельностью ФБР в регионе Нью‑Йорка. – Расследование начал Гас Вернер, и он лично следит за его ходом. Так что поговорите с сотрудниками федерального агентства и попросите их о помощи в наблюдении за почтовым ящиком.

Салливэн кивнул, скрывая свое удивление.

– О'кей, будет сделано.

– Далее, что нового в деле Баннистер?

– В настоящее время оно не продвинулось. Самое большее, чего нам удалось добиться, это вторая беседа с этим парнем Кирком Маклином. Он вел себя слишком нервно. Может быть, это просто нервы, может быть, что‑нибудь еще, – мы не получили никаких сведений о его связи с Мэри Баннистер, за исключением того, что он выпивал с исчезнувшей жертвой и разговаривал с ней в том баре. Мы произвели проверку его прошлого. Ничего особенного. Работает в «Горайзон Корпорейшн», получает там хорошее жалованье. Он по профессии биохимик, закончил университет в Делаваре, имеет степень магистра, готовится защищать степень доктора философии в Колумбии. Является членом нескольких организаций, защищающих окружающую среду, включая «Земля прежде всего» и «Сьерра Клаб», получает их периодические издания. Его основное хобби – туристские походы с выездом за город. На его счете в банке двадцать две тысячи долларов, оплачивает счета вовремя, без задержек. Соседи говорят, что он спокойный, замкнутый, в здании, где он живет, у него мало друзей. О его подругах ничего не известно. Он говорит, что знал Мэри Баннистер, один раз проводил ее домой, не имел с ней близких отношений, вот и все, по его словам.

– Что‑нибудь еще? – спросил заместитель специального агента, ответственного за Нью‑Йорк.

– Постеры, распространенные полицейским департаментом, не принесли ничего нового. Не могу сказать, что у меня есть надежда на раскрытие этого дела.

– Что собираетесь предпринять дальше?

Салливэн пожал плечами:

– Через несколько дней мы снова зайдем к Маклину и побеседуем с ним еще раз. Как я говорил, он выглядел каким‑то нервным, но этого недостаточно, чтобы установить слежку за ним.