– Да, – сурово кивнул Киллгор.

– Работа по расписанию? – спросил Маклин, отбрасывая то, что расстроило его раньше.

– Почти точно в соответствии с расчетами. Правда, пришлось... ну... помочь последним.

– О! – Маклин опустил голову, чувствуя угрызения совести по отношению к женщинам, которых он похищал. Но это длилось недолго. – Так что все двигается вперед?

– Да, Кирк. Олимпийские игры начинаются послезавтра, и тогда...

– Точно. Тогда все начинается по‑настоящему.

– Хелло, – произнес Попов через секунду. Казалось, Киллгор забыл о его присутствии.

– О, извини, Дмитрий. Кирк Маклин, познакомься, это Дмитрий Попов. Джон прислал его к нам пару дней назад.

– Как поживаешь, Дмитрий? – Они обменялись рукопожатиями. – Русский? – спросил Маклин.

– Да. – Кивок. – Я работаю непосредственно на доктора Брайтлинга.

– А я всего лишь маленькая часть Проекта, – признался Маклин.

– Кирк – биохимик и инженер по охране окружающей среды, – объяснил Киллгор. – Кроме того, он привлекательный парень, так что мы попросили его сделать еще кое‑что для нас, – поддразнил он. – Но теперь все кончилось. Итак, Кирк, почему тебе пришлось уехать так рано?

– Помнишь Мэри Баннистер?

– Да, что из того?

– ФБР начало расспрашивать меня, знаком ли я с ней. Я обсудил проблему с Хенриксеном, и он решил отправить меня из Нью‑Йорка раньше намеченного срока. Насколько я понимаю, она...

Киллгор равнодушно кивнул:

– Да, на прошлой неделе.

– Значит, вакцина А действует?

– Действует. И вакцина В тоже.

– Это хорошо. Мне уже сделали инъекцию вакциной В.

Попов вспомнил, как доктор Киллгор делал ему инъекцию. На ампуле была четко видна крупная буква "В". И что это за разговор относительно ФБР? Эти двое свободно разговаривают, но их слова звучат, словно произнесенные на иностранном языке, нет, это не иностранный язык, а разговор людей, хорошо понимающих друг друга, с использованием слов и фраз, как это делают инженеры и физики, а также офицеры разведывательной службы. Частью подготовки Попова как оперативника была способность запоминать все, что говорили в его присутствии, даже если он ничего не понимал, вот и сейчас Дмитрий запомнил каждое слово, хотя выглядел весьма озадаченным.

Киллгор снова подтолкнул свою лошадь, и она пошла вперед.

– Ты впервые на территории, Кирк?

– Первый раз еду верхом за последние месяцы. У меня была договоренность с одним парнем в Нью‑Йорке, но не нашлось времени, чтобы ездить часто. Мои ноги и зад будут чертовски болеть завтра, Джон. – Биоинженер засмеялся.

– Да, но это хорошая боль. – Киллгор тоже засмеялся. В Бингхэмтоне у него была лошадь, и он надеялся, что семья, которая содержала ее для него, выпустит лошадь на свободу когда наступит время, так что Сторми сможет прокормить себя... правда, Сторми был мерином, и потому биологически бесполезен для окружающего мира, кроме роли потребителя травы. Как жаль, подумал врач. Он был хорошей верховой лошадью.

Маклин привстал в стременах, оглядываясь вокруг. Он мог повернуться и посмотреть назад, на здания комплекса, но впереди, а также слева и справа, не было ничего, кроме бескрайней прерии. Придет день, и они сожгут все эти дома и фермерские постройки. Они только мешали обзору.

– Осторожно, Джон, – предостерег он, увидев какую‑то опасность впереди и указывая на норы в земле.

– Что это? – спросил Попов.