|
- Не молод, князь Юрий, да, видишь, не спуста дано прозвище мне Волчий Глаз. Не приметили только, что и нюх мой тож волчий: вижу, князь, по Русии далече. - Водка, кровь, страх, - иного, боярин, с крамолой пособника не надо; водка руки, ноги вяжет... Пытка, огонь, кнут... и вино... - А я сужу, князь, кто опился - какая от него подмога, работа какая? - Так думаю, Васильич, и думать буду и говорить: водка язык даст и дела тайные откроет!.. - Ну, ино кинем!.. Ты, князь, ведомый гаситель бунтов, не у меня учиться тебе... И знаю, что надумаешь, князь, то не кичливой головой, спуста, а светлой, и ежели будут вместе мои малые советы, а твои думы, князь, то оберегем много царя от тех, что без разума на вид забегают... - Ты, боярин, обещал поведать особое. - Вот вишь, князь Юрий, слова твои - что сон в руку. Квашнин Морозова подговорил, и Морозов уж подходил к государю, - да не тот был час, - сказать ладил: "Киврин-де много с Дону исписал нелепое". А ты верь старику, князь. - Верю, боярин! - Что же я напусто жил, время играючи изводил с козаками? Не щадя головы, пасть был готов с камнем в воду? У шарпальников это скоро... - Слушаю, боярин! - Живя там, князь Юрий, познал я их воровской корень, а корень тот от имени государя я вырвал, да у него пущены три отростеля: Иван, Степан и Фрол - Разины... Не ведаю Ивана. Фрол еще детина млад, а Степана, князь, знаю... ой, знаю! Сущий заводчик бунтов: таких надо имать и изводить... Такие, князь Юрий, содрогают землю! Ты, князь, нынче не у дел, неведомо тебе от Сыскного приказа, и, поди, не знаешь, кто завел солейной бунт? - О приметах заводчика слыхал, да то без меня шло... - Солейной бунт завел Степан Разин. Тайным обычаем от государя был я посылай на Дон по сыску заводчика... Вот тут зримо, пошто Ивашка Квашнин грызется, через Морозова прознал: "Ему-де удалось оное". - Сказывай, боярин, и я кое-что доведу тебе! - Да сказал я все, Юрий Олексиевич... Мало не сказал, что харчился у отамана Ходнева Яковлева Корнейки, что оного Корнейку сговорил послать того заводчика Стеньку на Москву. Ведомо, знаю, князю, что ныне к Москве зимовая станица пришла, и заводчик есть в есаулах той станицы... Тако все... - Имею я довести тебе, боярин, вот: в ляцкой [литовской, польской] войне в моем стане служил в станичных атаманах Иван Разин... - Князь Юрий, а где же он нынче? - Слушай дальше, боярин! Подговаривал тот Разин казаков, что, дескать, "напрасно мы тут время изводим: побьем воеводу - дорог на Дон много". Прознал я его помыслы и сговор, воровского того атамана взял под караул, а рядовых казаков отпустил без обиды... - В твоих ли руках, князь Юрий, нынче оный воровской отаман? - В моих, боярин... И кончать с ним я не торопился, никто не ведает того, где он, что с ним... Мекал я кончить скоро, передумал, - нет ли от него корней во Пскове или на Волге? Теперь знаю: завтра передам Ивана Разина тебе в Разбойной, и ты верши с ним, но не без пытки, Пафнутий Васильич. |
