Хайд побагровел от гнева. Он едва владел собой.

— Так что же ты предлагаешь, черт тебя побери?

— Нам нужно отвлечь их внимание. — Дерзкий каменщик невозмутимо уселся на стул. — Я считаю, вам лучше забрать своих людей и отвести их назад в Сент-Олбанс. Мы встретимся все вместе в таверне, что рядом с кирпичным заводом. Там я остановился. Я потолкую со своей малышкой в Небуорт-Виллидже и все устрою, а когда вы будете готовы, ночью проникну в Мелбери-Холл.

— Ты говорил мне, что у тебя есть женщина в самом доме.

— Была… есть. У меня всегда парочка под рукой. Они готовы на все ради меня. — Нед недовольно покачал головой. — Но служанки в этом доме какие-то странные. Они слишком преданы своей хозяйке, чтобы я мог положиться на них в этом деле.

Доводы каменщика показались плантатору убедительными.

— Что ты намерен делать, когда окажешься внутри?

Нед вскинул голову и самодовольно ухмыльнулся.

— Я так себе это представляю. Мы соберемся в таверне, и я подробно расскажу вашим людям, как пробраться в Мелбери-Холл. Опишу усадьбу, объясню, что к чему. Затем мы разделимся и встретимся в Гроув. Это кучка пустых заброшенных хижин в дальнем конце поместья, где будут ждать меня ваши головорезы. А тем временем я договорюсь со своей девушкой, она спрячет меня у себя в повозке и провезет в Мелбери-Холл. Оказавшись на месте, я прокрадусь в конюшню и подожгу ее. Поднимется суета, как всегда бывает во время пожара, все выбегут из дома во двор. Наверняка на помощь подвалит еще куча народа из Солгрейва и из деревни.» Вот тогда-то и настанет время действовать вашим людям. Мы схватим негритянку и скроемся. — Нед Кранч гордо выпрямился и с торжеством посмотрел на плантатора. — Ну как вам мое предложение?

Хайд подошел к окну и задумался, растирая ладонью грудь. Минутная стрелка на часах сдвинулась на одно деление и замерла. Время шло, но Хайд не торопился с ответом. Наконец плантатор повернулся и хмуро бросил каменщику:

— К черту конюшню, мистер Кранч. Подожгите усадьбу.

Она спряталась под телегой, пытаясь укрыться от дождя. Из вороха одеял, окутавших девушку шерстяным коконом, выглядывало лишь ангельское личико. Миллисент заметила ее, когда передавала вторую корзину с едой семье беженцев, собравшейся вокруг дымящегося костра. Девушка с беспокойством следила за грумом, тащившим последнюю корзину.

Миллисент забрала у него провизию и шагнула к телеге.

— Бедняжка возьмет хлеб, но ничего не станет есть сама, — предупредила старая женщина, стоявшая рядом с дряхлой коровой, впряженной в повозку. — Она уже припрятала полбуханки хлеба из той корзины, что вы передавали нам вчера. Девочка, должно быть, думает, что ее ребенок родится с полным набором зубов.

Миллисент заглянула под телегу и протянула девушке корзину с едой.

— Здесь не так уж много, но вы можете взять себе этот хлеб, сыр и вяленое мясо.

Из шерстяного кокона показалась тонкая рука. Девушка нерешительно потянулась к корзине и взяла немного сыра. Холодной ладонью она коснулась руки Миллисент. Одеяло распахнулось, открывая огромный живот.

— Ваш ребенок уже совсем скоро появится на свет, да? — мягко спросила Миллисент.