|
Вы вдруг выпустили мою руку, побежали и внезапно замерли, объятая ужасом: сквозь неплотный ковер из цветов и трав вы увидели бездну, резверзшуюся у ваших ног... - Да, помню! - прикрыв глаза и побледнев, молвила г-жа де Маранд. - И я счастлива, что не забыла: если бы вы меня тогда не удержали и не потянули назад, я, по всей видимости, не имела бы сейчас удовольствия вновь выразить вам свою благодарность. - Я не жду от вас благодарности, мадам. Я решил прибегнуть к этому образу и оживить ваши воспоминания Вам, должно быть, стало понятнее, что я имел в виду, когда говорил недавно о пропасти. Повторяю: ваша красота пугает меня не меньше того глубокого оврага, поросшего цветами и травами, и я боюсь, что однажды она поглотит нас обоих!.. Теперь вы меня понимаете, мадам?.. - Да, сударь. Кажется, начинаю понимать, - проговорила молодая женщина и опустила глаза. - Раз так, - улыбнулся г-н де Маранд, - я спокоен: скоро вы совершенно поймете мою мысль!.. Итак, я сказал, мадам, что взял на себя обязанности вашего отца - как вы знаете, на большее я никогда не посягал! - и, стало быть, с некоторым беспокойством взираю на толпы красавчиков, модников, денди, окружающих мою дочь... Прошу заметить, мадам, что моя дочь совершенно свободна; в этой обступившей ее сверкающей, нарядной, изысканной толпе она может сделать свой выбор, и ей не грозит никакая беда. Однако я считаю, что не только вправе, но и обязан по-отечески ей напомнить: "Не ошибитесь в своем выборе, дочь моя!" - Сударь! - Нет, не то! Я не прав, я не стану ей этого говорить. Я переберу всех мужчин, проявляющих к ней особенный интерес, и выскажу ей свое мнение о каждом из них. Хотите знать, что я думаю о тех, кто не отходил от вас вчера, мадам? - Извольте, сударь. - Начнем с его высокопреосвященства Колетти. - Ну что вы, сударь! - Я говорю о нем так, для памяти, чтобы должным образом начать перечень... Кстати, монсеньор Колетти - очаровательный прелат. - Священник! - Вы правы; итак, я чувствую, что священник не опасен для такой женщины, как вы: красивой, молодой, богатой и свободной... или почти свободной; его высокопреосвященство может ухаживать за вами у всех на виду или тайно, навещать вас средь бела дня или в кромешной тьме: никому в голову не придет, что госпожа де Маранд - любовница монсеньера Колетти. - Однако, сударь... - начала было молодая женщина, но не договорила и улыбнулась. - ...однако он вас любит или, вернее, влюблен в вас: любит он только себя, - вы это хотели сказать, не так ли? Улыбка, не сходившая с губ г-жи де Маранд, словно подтверждала мнение супруга. - Но иметь поклонника, облеченного столь высоким саном, отнюдь не мешает молодой и привлекательной женщине, особенно если эта молодая и привлекательная женщина не отличается ни осторожностью, ни набожностью и имеет другого любовника. - Другого любовника?! - вскричала Лидия. - Прошу заметить, что я говорю не о вас, а обобщаю, имея в виду просто молодую и привлекательную женщину... Вы - одна из молодых, одна из привлекательных, но не единственная молодая и привлекательная женщина на весь Париж, не правда ли? - О, я совсем на это не претендую, сударь. - Пусть будет его высокопреосвященство Колетти! Он занимает для вас лучшую ложу в Консерватории, когда там проходят концерты духовной музыки; он предоставляет в ваше распоряжение лучшие места в Сен-Роке, когда вы хотите послушать "Magnificat" и "Dies iroe" ["Славься" и "Тот день" (латин )]; он дал моему дворецкому рецепты паштетов из дичи, полюбившихся двум вашим чичисбеям - господину де Куршану и господину де Монрону. |
