* * *

Тельма в третий раз набрала номер Кейли. В третий раз голос автоответчика попросил ее назвать свое имя, время звонка и короткое сообщение, пообещав, что ей обязательно перезвонят. Тельма покачала головой и вернулась к нарезанию морковки и лука на овощной суп, который готовила для Сэма (она была уверена, что он вегетарианец, сейчас такое все чаще и чаще встречается). Она хотела приготовить что-то, что легко подогреть. Снова вздохнула. Почему Кейли не перезванивала? Возможно, она в Тирске прямо сейчас, в этот момент, пока Тельма режет овощи. Навещает Сэма, ищет ему замену. Но почему-то Тельма сомневалась.

Открылась входная дверь.

– Викарий в здании, – крикнул Тедди. Голос был уставший.

– На кухне! – сказала Тельма и поставила чайник.

– Хорошо, мне кажется, – бросил он и уселся за стол прямо в пальто. – Отвечая на вопрос, как прошло собрание.

Тельма положила на доску нож для овощей и села напротив мужа.

– Многим хотелось высказаться. Что неудивительно. Онлайн-петиция собрала больше десяти тысяч подписей за день. Из последних новостей – даже епископа Дарема[38] уговаривают подписать.

– Хороший знак.

Тедди кивнул.

– А я раньше задавался вопросом, знает ли город вообще, что у него есть колледж.

– Теперь ты знаешь ответ.

– А ты как? Как парнишка?

– Сэм? Уже дома. Мэтт Барли тоже.

– Весь день про них вспоминал. Постоянно. Мы вроде бы живем в колледже, как будто далеко от реального мира – а уже в Тирске царит такое зло. – Тедди бросил на жену серьезный взгляд. – Как ты?

Волнуюсь за тебя, потому что понимаю: ты что-то недоговариваешь.

Но сказала Тельма, что все хорошо.

* * *

Когда Тедди пошел наверх переодеваться, а Тельма едва успела вернуться к овощам, зазвонил ее телефон.

– Тельма, – голос у Кейли был грустный, напуганный. – Тельма, я понимаю, почему вы звонили.

– Сэм Боукер.

– Тельма, это просто какой-то кошмар. Вы с ним виделись? Как он?

– Я – нет, но Лиз Ньюсом – да. Они с мужем его нашли.

– Нашли! Господи Боже! – За возгласом последовало что-то вроде панического всхлипа, голос сорвался на кашель.

– Кейли, – Тельма старалась говорить уверенно и спокойно, – Кейли, все с ним будет хорошо.

– Я разговаривала с его женой, она сказала, он принял таблетки.

– Несколько.

– Он, очевидно, собирался… навредить себе.

– Но не стал.

– Не стал. – Кейли немного успокоилась. – Он сказал… Он рассказал – почему?

– Мне – нет. – Тельма еще не знала про его разговор с Лиз.

– Это же не из-за письма?

– Он ничего такого не говорил, – сказала Тельма.

– Но скорее всего. Из-за чего еще? Сэм – у него же столько причин жить! Их малышка… – Кейли снова начала рыдать.

– Нам нужно оказать ему всю необходимую поддержку, – сказала Тельма. – И Мэтту тоже.

– Да. – Тут ее голос был ровным, почти скучающим, будто Мэтт Барли котировался ниже по шкале происшествий. – Тельма, кто же это делает? Кто шлет эти письма?

– Не знаю, – сказала Тельма, а потом помолилась, прося у Господа храбрости. – А вы?

Пауза, а потом…

– Нет, конечно, нет! – ответ был решительным и искренним. Слишком решительным? Слишком искренним? Неужели Кейли и правда кого-то прикрывает?

Мысли пресек голос плачущей Кейли:

– Тельма, я так боюсь.