– Она рисование преподавала?

Лю Карн рассмеялся.

– Не-ет, – сказал он. – Наша учительница искусств рисовала руины каменных церквей и весь урок потом жаловалась на галереи, которые ими не интересуются. Нет, Карен преподавала уроки религии, – улыбнулся Лю Карн и сложил скетчи обратно в папку. – Она была такая скромница. Высоконравственная. Мы жутко над ней издевались. Те еще уроды. Однажды кто-то подкинул ей в сумку презервативы. И это был даже не первый раз. Я что-то забыл в классе, вернулся, а она сидела за столом и плакала. Так все и началось.

Судя по глазам, Лю Карн снова утонул в прошлом. Кажется, задумался, а потом достал еще один скетч. Это было изображение женщины с эльфийскими ушками. Она сидела в заросшей плющом беседке. Словно сцена из сказки. Женщина была полуобнаженная, Тельма к своему смущению заметила ее большие соски. Даже с короткими волосами, ушками (и сосками) она легко узнала Кейли Бриттен. Карен Макалистер.

– Я осознаю, что это было неправильно. Но в семнадцать лет не всегда можешь все понять. – Ностальгирующая улыбка исчезла с лица. – Когда тайное стало явным, все сопереживали мне. Организовали встречи с психологом в Пензансе, платили за такси. Карен выставили к позорному столбу и осуждали. Спасибо, что без колодок. Тогда только начинался век соцсетей, а то скандал был бы громче. – Лю Карн поднял на Тельму глаза. – Вы это хотели услышать?

Она кивнула.

– Вы очень помогли, – сказала Тельма.

– Как у Карен сейчас дела? – спросил он. – Она уже не Макалистер, да?

Тельма не стала говорить, что она уже даже не Карен, а просто кивнула.

Лю Карн улыбнулся.

– Я рад. А эта история, из-за которой вы приехали… Она вовлечена в нее?

– Могу рассказать все, если хотите, – сказала Тельма.

Он долго смотрел на папку в руках.

– Нет, – в конце концов сказал Лю Карн. – Нет.

Уже в двери он продолжил:

– Если вы ее увидите… – и замолчал.

Тельма остановилась.

– Да?

– Скажите, – он вдруг так лучезарно улыбнулся, что одной улыбкой можно было осветить всю комнату, – что я живу именно так, как мечтал.

Пэт ждала ее на площади (треугольной). Под мышкой у нее был какой-то сверток.

– Нашла то, что искала?

– Да. – Тельма выглядела серьезной, и Пэт не стала задавать вопросов.

– Пошли к пляжу, найдем нашу Памелу Андерсен, – вместо этого сказала она.

– А это не она? – спросила Тельма. Это и правда была Лиз. Она, довольно улыбаясь, несла два увесистых шопера.

– Господи, что у тебя там? – спросила Пэт.

– Камни. Ракушки. Водоросли.

– Зачем?

– Да есть одна идея, – улыбнулась Лиз.

– Ты что, тащила их с самого мыса? – удивилась Пэт.

– Очень приятный джентльмен ехал с поля для гольфа, увидел, как я мучаюсь, и подвез, – гордо сказал Лиз.

– Лиз Ньюсом, какая ты, а! – бросила Пэт, и они все вместе пошли к парковке.

Глава 34,

 В которой обсуждается профессиональная этика и последствия ее нарушения, а в ресторане «Глосестер» (по пути на север) рассказывается вся история, высказывается испуг

Дерек был гостем с премиум-статусом в сети отелей «НайтПрем», поэтому в столовой им бесплатно подали напитки. Пэт, как обычно, взяла большой бокал красного, Тельма сочла, что заслужила шорли, а Лиз (которой всегда было сложно засыпать в чужой кровати) решила обойтись газировкой с лаймом. В углу бара ресторана висел телевизор, на экране которого транслировали страшные кадры разрушений урагана «Фицпатрик», но подруги почти не обращали на него внимание.