– Сэм, возможно, – сказала Тельма.

– И не забывайте Кейли Бриттен, – добавила Пэт. – У нее уже три.

– И ее машину исцарапали, – уточнила Тельма. – Плюс она подозревает, что кто-то влезал в ее кабинет. – Она помешала свой кофе. – Знаете, какой вопрос мы должны себе задать? Есть ли между всеми получателями какая-то связь? Помимо того, что они работают в школе Святого Варнавы?

– Исключая Нэтали Берримен, – сказала Лиз.

– Да, – Тельма нервно заерзала. – Исключая Нэтали. – Ложка остановилась, слова повисли в воздухе. Тельма замерла, смотря на парковку, где сновал осенний ветер.

Лиз и Пэт переглянулись в нетерпении.

– Что насчет «где»? – Пэт попыталась поторопить события.

– В школе, – сказала Лиз, ее терпение тоже уже заканчивалось. – Письма оставляют где-то, где жертва их точно найдет.

– Опять же, все, за исключением письма Нэтали Берримен, – добавила Пэт.

Тельма продолжила смотреть во двор, на раскачивающийся железный рекламный знак продажи бревен искусственной сушки. Нэтали Берримен. Исключение. Снова.

– Ее письмо пришло по почте, – объявила Тельма.

Пэт пожала плечами.

– Автор, кем бы он ни был, не мог ведь подойти к Иэну и сказать: «Так, Иэн, смотри, у меня тут анонимное письмо. Убедись, пожалуйста, что оно попадет Нэтали прямо в руки!»

– Да, – согласилась Тельма. – Другого выбора не было.

Ее внимание куда-то переключилось, Лиз и Пэт снова обменялись нетерпеливыми взглядами.

– Когда?

– Все началось с летней ярмарки. Тогда пришло первое. До начала четверти больше писем не было.

– Как-то все быстро закрутилось, если подумать, – сказала Тельма.

– Быстро? – удивилась Пэт. – Разве?

– Давайте допустим, что было выслано как минимум пятнадцать писем. Значит, по три-четыре письма в неделю – и это только те, про которые мы знаем.

– И что? – спросила Лиз.

– Я вам рассказывала про похожий случай, так вот там письма приходили два года! И с интервалами в недели – месяцы!

– Значит, – сказала Пэт, – наш анонимный отправитель торопится.

– Напрашивается вопрос «почему?», – добавила Тельма.

– Потому что, – мрачно сказала Лиз, – у этого человека проблемы и ему нужна помощь.

– Или, – парировала Пэт, – психу просто нравится весь хаос, который он закрутил.

– Я не эксперт, – начала Тельма, – но разве такой человек не дал бы эффекту от писем настояться? Не наслаждался бы властью? Он скорее позволил бы всем решить, что писем больше не будет, прежде чем присылать новое?

– Не думаю, – сказала Пэт, – что в поведении анонимных психов стоит искать какую-то логику.

– Вот мы и пришли к вопросу «кто?».

Все три подруги переглянулись.

– Если бы мы знали ответ на этот вопрос, – сказала Пэт, – нам бы и мучиться не пришлось.

– Это может быть кто-то, кого мы знаем, – тихо добавила Лиз. Подруги перевели взгляд на нее.

– Больше-то и некому. – Пэт постаралась быть как можно тактичнее.

– Я к тому, – сказала Лиз, – что кем бы этот человек ни был, его пора остановить. Ему нужна помощь. Ради него самого и всех остальных.

– Интересно, – вдруг вклинилась Пэт. – Это просто мысли вслух, но… А что, если Кейли Бриттен знает, кто автор писем? И пытается его защитить? Может, поэтому она и выглядела так на летней ярмарке?

Тельма нахмурилась. Об этом она не думала.