– Пойми, нет определяющего свидетельства для обвинения, отец, хочешь ты этого или нет.

– Успокойся, Дэзи.

Хэзэрд улыбнулся, но не получил ответной улыбки, выражение лица у дочери было враждебное, брови, которые были так похожи на отцовские, приподнялись раздраженно.

– Я же не прошу тебя нарушать правомерность процесса, – извинился он, таким образом, подумав, что годы обучения праву в Чикаго придали дочери определенную самоуверенность. Он гордился Дэзи. – Я только предпочел бы ускорить его ход.

– Нельзя стрелять в каждого, кто не согласен с тобой, отец, – сказала она и все таки улыбнулась. Слова прозвучали сварливо, но улыбка была прекрасная – немного чувственная, совсем как у матери.

– Постараюсь быть более цивилизованным. Тебе этого хотелось бы?

– Не строй из себя дикаря: Ты отлично знаешь, что более цивилизован, чем кто либо в Монтане.

– A y тебя хватит цивилизованности пригласить Мартина к обеду? Это не противоречит твоему пониманию этикета? – спросил Хэзэрд, лукаво усмехнувшись. – Тебе ведь он нравится? – И он с усмешкой взъерошил перья на ее элегантной бархатной шляпе.

Быстро отпрянув назад, Дэзи пригладила дорогие перья самым тщательным образом. Она одевалась у французских кутюрье. Унаследовав рост и замечательные глаза отца, Дэзи Блэк была прекрасна, как ее мать – Не беспокойся, отец, я не останусь старой девой.

Это маловероятно, подумал Хэзэрд, разбирающийся в женской красоте, но его реплика была тактичным напоминанием о взглядах Дэзи на женские права.

– Я не вмешиваюсь в твои дела, но если ты интересуешься Мартином Содербергом, то, черт побери, давай предпримем что нибудь в этом направлении.

– «Мы» не очень подходящее слово в этом смысле, отец. – Она примирительно коснулась его руки.

Хэзэрд только пожал плечами, улыбнулся и прекратил разговор.

Когда они добрались до городского дома на холме, он разыскал Блэйз за столом в библиотеке.

– Завтра, радость моя, – сказал он, – пригласи на обед Мартина Содерберга.

Блэйз оторвалась от написания письма и взглянула на него. Хэзэрд заговорил, едва войдя в комнату, значит, это серьезно.

– Не удивляйся, так нужно. – Он снял шелковый шарф одним движением и кинул его на стул. – Устроим большой обед, но чтобы все было тактично, и Дэзи ничего не заподозрила.

Однако вошедший слуга прервал их разговор, объявив, что явился Фокс и требует, чтобы его немедленно приняли.

– Вы нашли его? – с беспокойством спросила Блэйз, как только Фокс перешагнул порог комнаты Фокс отчитался о розысках, рассказав о поисках районе магазина Крессвелла, ответил на вопросы Хэзэрда о времени и припасах, количестве снега и получил указание сменить Блю, когда тот спустится с гор на следующий день.

Безуспешные поиски Трея взволновали Блэйз больше, чем Хэзэрда, она тревожилась за его здоровье. У Хэзэрда же была твердая уверенность в умении сына выживать. Молодой человек может позволить себе маленькие шалости, подумал он, услышав об уединении Трея и Импрес, но если Блэйз думает иначе, это ее право матери. А он не настолько дурак, чтобы указывать на ошибки в ее рассуждениях.

Глава 11

Все дни, которые Трей проводил с детьми, были веселыми и приятными. После того как снегоступы были сделаны, они занялись луком и стрелами, а перед ужином в этот день лепили снеговиков. Затем Трей вместе с Гаем натаскали воды, чтобы все могли помыться. Два бака были наполнены и поставлены на огонь, перед очагом были повешены занавески, и все по очереди мылись в большом тазу на полу.

За ужином отмытые добела лица и оживленные глаза создавали идиллическую картину благоденствия и довольства.