Вот оно узкое место, которое Кирилл не учел, решив состязаться со мной на моем поле. Его блюдо требовало долгой предварительной подготовки. Наверняка, они не рассчитали время подготовки и новая порция еще не дошла.

Станция 2 встала, а через десять минут я увидел панику на Станции 1 («Золотые Полумесяцы»).

Та же история — телятина кончилась. Иван Петрович стоял с пустыми руками, лицо растерянное.

Две станции из пяти заглохли. Очереди к ним начали расползаться — люди переходили к другим станциям Кирилла или… уходили к нам.

Наша очередь выросла ещё на двадцать человек.

Я не радовался. Кирилл не тот противник, который просто так сдастся.

Смотрел на Кирилла и думал: «Что ты будешь делать, Мастер? Сдашься? Или ответишь?»

Кирилл Семёнович стоял посреди своего павильона, смотрел на умершие станции, и лицо его было тёмным — не от страха или паники. От ярости на ситуацию, на себя, на просчёт.

Он стоял так несколько секунд. Потом резко сорвал с себя дорогой камзол, остался в простой льняной рубахе, закатал рукава.

Развернулся к своим поварам и рявкнул во весь голос:

— ИВАН! СКОВОРОДУ СЮДА! МАСЛО! ОСТАТКИ ГРИБОВ ОТ БУЛЬОНА И СЫРНЫЕ ШАРИКИ — ЖИВО! НЕСИТЕ ВСЁ!

Повара замерли на секунду от неожиданности, потом рванулись выполнять.

Иван притащил огромную сковороду, поставил на огонь, плеснул масла. Другой повар принёс миску с остатками жареных грибов, которые шли в Золотой Бульон. Третий принёс готовые сырные шарики.

Кирилл встал к огню лично.

Взял грибы, высыпал на сковороду — они зашипели, запахло лесом и маслом. Добавил сырные шарики прямо туда же, начал обжаривать всё вместе, помешивая деревянной лопаткой. Плеснул остатки клюквенного соуса сверху.

Импровизация на глазах у всей площади.

Толпа замерла, люди смотрели на него с интересом.

Через две минуты он зачерпнул готовое блюдо — грибы, шарики, соус — и выложил в миску. Протянул клиенту из очереди:

— НОВОЕ БЛЮДО! «Праздничное»! ПЯТЬ МЕДЯКОВ! КТО ХОЧЕТ⁈

Клиент взял миску, попробовал.

Глаза расширились:

— Ммм, вкусно! Грибы с сыром!

Очередь зашевелилась — люди потянулись к Кириллу снова.

Я смотрел на Кирилла через площадь — на его закатанные рукава, на его руки, которые работали с той же скоростью, что и мои, на его лицо, полное азарта и ярости и думал: Не сдаешься значит? Хорошо. Было бы обидно, если бы ты так просто проиграл. Еще повоюем!'

Битва продолжалась.

Глава 16

Кирилл Семёнович стоял посреди своего павильона и смотрел на поле битвы.

Пять его станций работали как часы — повара двигались синхронно, очереди не заканчивались. «Яблочные Пышки» дымились, источая сладкий аромат корицы. «Золотой Бульон» разливали в миски, а «Сырные Шарики» жарились партиями и отдавались довольным покупателям.

Для Кирилла это было очень интересно и ново. Он привык обслуживать состоятельных клиентов — важных, степенных людей, а здесь… Здесь были обычные люди, которые кусали, жевали и не скрывали своих эмоций, не строили из себя гурманов.

Кириллу было приятно видеть смех и радость, что приносит его еда. Впервые за много лет…

Но он смотрел не только на свой павильон, но и через площадь — на жалкую точку уличного повара с самодельной печью, которая три дня назад казалась ему насмешкой, а сейчас превратилась в настоящую угрозу.

ПШИК!

Звук разнёсся по площади снова — резкий, громкий, привлекающий внимание. Белое облако пара взметнулось над Драконьим Горном. Толпа повернула головы, принюхалась — агрессивный запах жареного мяса, чеснока и специй прорезал воздух.

Кирилл прищурился.