— Я понимаю, — тихо сказал я. Мой разум уже лихорадочно искал выход, просчитывая ходы. — Я не обижаюсь. Я думаю.

— Сколько времени у нас есть?

— Неделя, может, две, — ответил Степан. — Пока Лука доедет до столицы, пока доложит, пока Великий Князь примет решение. Потом придет официальный приказ.

— Хорошо. — Я повернулся к ним. На их лицах было написано сочувствие, но я не нуждался в нем. Мне нужно было решение. — Дайте мне одну ночь. Чтобы подумать. Завтра утром я скажу вам, что мы будем делать.

Они удивленно переглянулись. Они ожидали от меня отчаяния, просьб о защите, чего угодно, но не этого. Не того, что я возьму решение этой неразрешимой задачи на себя.

— Ты… ты уверен? — спросил Ярослав.

— Да. — Я кивнул. — Вы выиграли мне время. Я выиграю нам решение.

Выйдя из зала, я почувствовал не страх и не обиду, а странный, холодный азарт. Они видели тупик. А я… я видел новую, самую сложную шахматную партию в моей жизни.

Глава 25

Я провел эту ночь без сна, мучаясь над решением, которое должно было определить всю мою дальнейшую жизнь. Ходил по комнате, сидел у окна, смотрел на звезды — но покоя не находил. К рассвету я принял решение, которое казалось безумным, но единственно правильным.

Войдя в малый зал совета, где уже собрались князь Святозар, Ярослав и Степан Игнатьевич, я увидел на их лицах тревожное ожидание. Святозар выглядел осунувшимся — видимо, он тоже плохо спал.

— Ну? — коротко спросил Ярослав, даже не дожидаясь приветствия. — Решил?

— Решил, — твердо ответил я. — Но я отвергаю все три ваших варианта.

Степан поднял бровь:

— Все три? Даже золотую клетку при дворе? — вопрос прозвучал с легким ехидством.

— Особенно ее.

— Тогда что ты предлагаешь? — спросил князь, откидываясь в кресле. — Четвертого варианта у нас нет.

— У меня есть, — сказал я и сделал паузу, собираясь с духом. — Я исчезну.

— Как это? — не понял Ярослав.

— Официально боярин Алексей Веверин отправляется осматривать свои новые земли — Пустошь Красное. Будет заниматься восстановлением поместья. Естественное дело для нового землевладельца.

— А на самом деле? — прищурился Степан, чувствуя подвох.

— А на самом деле я уеду в большой торговый город, заведу торговое дело. Начну новую жизнь.

Святозар наклонился вперед:

— И станешь нашим тайным агентом? Шпионом?

— Нет! — резко ответил я. — Вот именно нет! Шпионы служат, а я хочу быть свободным.

— Тогда что? — не понял Ярослав. — Просто сбежишь и забудешь о нас?

Его голос прозвучал почти обиженно, и я поспешил объясниться:

— Я буду вашим союзником. Другом. Партнером, но не слугой и не шпионом.

— Объясни толком, — потребовал Степан.

— Я хочу возродить свой род. Не здесь, под вашим покровительством, а самостоятельно. Своими силами. Построить собственное дело.

— И мы тебе для этого не подходим? — в голосе князя послышалась горечь.

— Дело не в этом! — воскликнул я. — Вы дали мне больше, чем я мог мечтать, но посмотрите, что происходит. Моя слава стала угрозой для всего вашего рода!

— Это временно…

— Нет, не временно! — перебил я Ярослава. — Слухи не умирают. Даже если я сейчас исчезну, через год появятся новые истории. Про чудо-знахаря, который делает великих воинов, лечит запор и похмелье.

Ярослав прыснул от моей нехитрой шутки и даже князь улыбнулся.

Степан задумчиво постукивал пальцами по столу:

— И ты думаешь, что в далеком городе тебя никто не найдет?

— А кто будет искать? — ответил я вопросом на вопрос.