Степан задумчиво постукивал пальцами по столу:

— И ты думаешь, что в далеком городе тебя никто не найдет?

— А кто будет искать? — ответил я вопросом на вопрос. — Столица будет думать, что я сижу в поместье и занимаюсь хозяйством. Враги — что я под вашей защитой, а я буду далеко от всех, под чужим именем.

— Рискованно, — покачал головой князь.

— Любой план сейчас рискованный, — возразил я. — Но этот дает мне то, чего я хочу больше всего.

— Что именно?

— Свободу. Возможность стать тем, кем я хочу быть, а не тем, кем меня видят другие.

Ярослав встал и подошел к окну:

— Ты просишь нас отпустить наше главное преимущество. Человека, который может творить чудеса.

— Я прошу заплатить долг, — тихо сказал я. — Вы обещали восстановить честь моего рода, но честь нельзя получить в подарок. Ее нужно заслужить самому.

— А если что-то пойдет не так? — спросил Степан. — Если тебя разоблачат? Если не сможешь устроиться?

— Тогда это будет моя ошибка и моя ответственность, но по крайней мере, я попробую.

Наступила долгая пауза. Каждый обдумывал мои слова.

— Знаешь, — наконец сказал князь, — в твоем плане есть логика. Если мы официально объявим, что ты уехал в поместье…

— То у нас будет прекрасная отговорка для любых вопросов столицы, — подхватил Степан. — «Боярин Веверин занят восстановлением своих земель. Мы можем послать за ним гонца, но дорога дальняя…»

— И мы выиграем время, — добавил Ярослав.

— А главное, — сказал я, — вы будете в безопасности. Никто не сможет обвинить вас в сокрытии государственного достояния.

Святозар долго смотрел на меня, потом тяжело вздохнул:

— Это справедливо, Алексей и честно. Мы действительно в долгу перед тобой.

— Но безумно рискованно, — упрямо повторил Степан.

— Зато честно, — сказал Ярослав. — Алексей хочет жить своей жизнью, а не быть нашей прирученной птичкой.

— Сколько времени у нас на подготовку? — практично спросил я.

— Недели две-три, — ответил управляющий. — Нужно все продумать до мелочей. Документы, легенду, маршрут…

Он не успел договорить. В зал ворвался запыхавшийся дозорный, и по его лицу было видно, что новости плохие.

— Князь! — выкрикнул он, хватаясь за дверной косяк. — К воротам… официальное посольство… знамя Великого Князя…

Мы все вскочили с мест.

— Сколько людей? — быстро спросил Степан.

— Много! Десяток всадников, может больше. Все в доспехах, все при оружии и главный… — дозорный сглотнул. — Главный выглядит очень важно.

— Бесы побери, — прошептал Ярослав. — Они действуют быстрее, чем мы думали.

Князь резко встал:

— Что-то мне это не нравится. Как-то уж слишком быстро. Идем встречать незваных гостей.

Когда мы направились к выходу, Степан схватил меня за рукав:

— Алексей, тебе лучше сейчас не показываться. Пока не поймем, с чем имеем дело.

— А куда мне деваться? В подвал?

— В кухню. Скажешь поварам, чтобы говорили, что лечишь кого-то из слуг. Притворись занятым важным делом.

— И сколько мне там сидеть?

— Пока не позовем, — отрезал управляющий. — И молись, чтобы это была ложная тревога.

Но по его лицу я понимал — он сам не верил в свои слова.

Мой план свободы, едва родившись, уже рушился на глазах.

Из кухонного окна я наблюдал, как разворачивается церемония встречи. Всадники в блестящих доспехах выстроились правильными рядами.