Следующий узел… На первый взгляд – просто старая усадьба, заброшенная где-то в горах Хэчжун, что распластались у подножия хребта, почти стершегося с карт. Сама земля в этом месте была пепельно-серой, словно выгоревшей. Случайный путник, будь таковой, обошёл бы её стороной. Так как даже сам воздух здесь был липким, гулким – и без звука. Деревья в этой местности не росли. Насекомые не жужжали. Камни не крошились. Всё словно застыло в чужой тишине.

Но Андрей знал, что это обман. Он узнал эти координаты из “вскрытого ядра” предыдущего ритуала. Этот узел был не просто ритуальным. Это было логово. Резервный храм секты Нефритовой Луны, использовавшийся, когда основной алтарь вот-вот мог пасть. Здесь собирали ключевых детей-сосудов, выращенных с самого рождения, питая их энергией извлечённой в муках смерти. Здесь, по преданиям, могли спать даже первые духи секты.

Андрей долго не подходил к этому месту. Сначала он выстроил три контура наблюдения. Внедрил зеркала памяти в выброшенные камни. Обмотал территорию печатями расщепления духовного следа, чтобы ни один страж не учуял приближения чужого разума. Только потом вошёл – через теневую трещину под основанием северной стены.

И первое, что он увидел, это была чаша. Глубокая, чёрная, будто выкованная из криков. В ней плескалась жидкость, больше похожая на расплавленный пепел. Над ней висел кристалл – искусственный сосуд с застывшей душой внутри. Рядом стоял ребёнок – недвижимый, с мутными глазами. Ещё один сосуд, но уже полностью вскормленный тьмой.

В этом месте тени ходили внутри стен. Иллюзии здесь были не прикрытием, а каркасом самой структуры. Места касания света и тьмы плавали, как жир в горячем супе. Но Андрей уже умел вскрывать это. Его воля, усиленная Цзяолин, прошла по теням и разделила их, обнажая живое нутро комплекса.

А когда он вытащил ядро – весь этот узел рухнул. Душа в сосуде не успела вырваться. Заключённая техника обратного ритуала разорвала её на уровне намерения. Все оставшиеся сосуды были обездвижены. Энергия ритуала схлопнулась в одну точку. И теперь всё здесь было под его контролем. Но он не ушёл сразу. Он оставил в ядре тени свою подпись – волю чужого наблюдателя. Ведь он уже знал о том, что кто-то всё равно попытается проверить, что случилось. И именно тогда Андрей хотел видеть реакцию.

…………

Они не кричали. Они больше не спорили. Трое оставшихся старейшин секты Неритовой Луны – женщины в алых одеждах, из которых живая плоть давно ушла, и лишь магия поддерживала их черты, – сидели вокруг черепа. Этот череп когда-то был их Великим Наставником. Теперь же служил артефактом связи с “высшей линией духа”.

– Он уничтожил узел на Хэчжуне… – Раздражённо прошипела старшая, называемая Чжуй Му. – Поглотил ядро. Сжёг сосуды. Мы теряем не просто алтарь. Мы теряем контроль.

– Это… не смертный… – В тон ей прошептала вторая, вытянув вперёд костлявые пальцы. – Он говорит с духами. Управляет змеёй. Мы видели сами, что она пожирает духи. Это уже не маг. Это инструмент кармы.

– Он помечает нас. – Еле слышно пробормотала третья. – Его воля проникает в сны моих учеников. Он ищет. Он зовёт.

Молчание. Затем первая подняла руку и показала сломанный обломок артефакта. Фрагмент зеркала из одного из узлов.

– Его воля вплетена в структуру. Он знает, что мы ищем реликвии. Он оставляет ловушки. И теперь нам нужен дух. Сильный, стародавний. Только древний озлобленный дух сможет поглотить его разум, как мы делали это с сосудами. Иначе мы не выживем. Нас теперь просто выкашивают как сорную траву из этого мира.

– У нас остался только один шанс. – Еле слышно прошептала Чжуй Му. – Последний узел в Чёрной Трещине.