И тут просыпается Сипсворт. Встает на задние лапки и принюхивается. Никаких проблем с дыханием он, судя по виду, не испытывает совершенно.

Лицо Доминика светлеет при виде маленького зверька.

– Раз так, – говорит Хелен, – думаю, нам всем лучше зайти в дом.

Она ведет всю толпу через прихожую в гостиную, держа на весу тапок с Сипсвортом – как будто он крошечное цирковое животное, возглавляющее процессию.

– Рассаживайтесь все, – велит Хелен своим гостям, все еще недоумевая, как это их угораздило явиться одновременно.

Остатки ее импровизированного пира до сих пор расставлены на столике, и Доминик принимается перекладывать себе в ладонь чипсы.

Сесил присвистывает:

– А вы как будто нас ждали, леди! Это же… мини-самса, если не ошибаюсь?

Хелен обводит рукой ассортимент блюд:

– Угощайтесь… только, предупреждаю, они довольно долго так простояли.

Сесил похлопывает себя по животу:

– За это не волнуйтесь. Здесь все чугунное!

Посадив Сипсворта в его аквариум и извинившись, Хелен удаляется, чтобы переодеться.

Поднимаясь по лестнице, она слышит, как все друг другу надлежащим образом представляются. Немножко похоже на включенный телевизор, думает она, только люди настоящие, и сюжет разворачивается прямо тут, на Вестминстер-кресент.

Развязав халат, Хелен выскальзывает из ночнушки и уделяет внимание тупой боли в спине – надо полагать, у нее артрит. Она трет поясницу, потом замирает неподвижно. Ждет, пока пройдет, надеясь, что это всего лишь побочный эффект от нескольких лишних часов, проведенных в постели.

Проводя расческой по волосам, Хелен все никак не может поверить, что у нее внизу собрались аж четверо – пятеро, если считать Сипсворта.

Снизу доносится смех – доктор Джемаль и Сесил рассказывают какую-то историю.

Что ей с ними со всеми делать? По крайней мере, пока что они вроде бы развлекают друг друга самостоятельно.

Когда Хелен заходит в гостиную, доктор Джемаль и Сесил сидят на полу, разглядывая кислородную камеру.

Оба они встают, заметив, что она за ними наблюдает.

– Выглядите как картинка, – говорит Сесил. – Какая милая блузка… Колокольчики, если я ничего не путаю.

Библиотекарша указывает на Хелен своей тросточкой:

– Еще всего-то три месяца, и они начнут расцветать по берегам реки.

Сесил раскатисто смеется:

– Чур, сначала подснежники.

Половина лакомств, выставленных на стол вчера вечером, уже съедена. Доктор Джемаль проглатывает то, что жевал:

– Подснежники, они вообще-то ядовитые, если их употребить внутрь.

У Сесила удивленные глаза:

– Правда, что ли?

– Да, к нам в прошлом году привозили ребенка… маленькую девочку.

Лицо библиотекарши омрачается, она косится на сына, который наблюдает за мышью, сидя на ковре:

– Ой, надеюсь, она в итоге поправилась.

– Все обошлось, но родители перепугались. Это вроде из-за алкалоидов… в одуванчиках они тоже содержатся.

Сесил выразительно машет указательным пальцем:

– Так-так, это полезно знать, буду предупреждать своих покупателей, у кого маленькие дети или собаки.

Хелен подходит ближе и окидывает взглядом всю компанию:

– Кто хочет чаю?

К счастью, поднимаются только три руки – задав вопрос, Хелен вспоминает, что у нее всего три чашки, причем одна с щербинкой на краю.

Доминик продолжает пристально наблюдать за Сипсвортом, не обращая никакого внимания на разговоры вокруг.

– Он любит сладкие напитки, – сообщает Хелен библиотекарша, – хоть это и ужасно вредно для зубов.