Чарли растопырил костлявые руки и погнал нас назад, как деревенский парнишка, собирающий стадо гусей обратно в загон.

– Идите же. Быстро!

Мы забились за шторы, и Чарли быстро, но бесшумно задернул их за нами.

– Что случилось? – прошептала Диана.

Китаец чуть отодвинул занавес, чтобы выглянуть наружу.

– Беда.

Об этом я, конечно, уже догадался и сам. Перегнувшись через плечо Чарли, я попытался разглядеть, какая именно беда. Не желая оставаться в неведении, Старый тоже протиснулся вперед и, присев на корточки, выглянул наружу где то на уровне пупка гида.

К счастью, Диана доверила подглядывание нам, потому что места у занавеса для нее не осталось, разве что она забралась бы мне на плечи или встала на четвереньки.

И вот что она упустила: горбун вернулся с рослым китайцем, одетым во все черное.

Нас навестил главный топорщик мадам Фонг. Вождь.

– Чарли, – прошептал я.

– Да?

– Как по-китайски сказать «вот дерьмо»?

Глава двадцать вторая

 Виват Вождю, или Главный топорщик мадам Фонг наносит новый удар

Оружия у нас не было, задние двери в опиумных курильнях не предусмотрены, а духовые оркестры у Дианы кончились. Поэтому никаких сомнений не оставалось: мы в заднице. А то и глубже.

Вождь и горбун разговаривали недалеко от входа, и вскоре из темного прохода показался еще один китаец: второй топорщик из заведения мадам Фонг. Его правая щека покраснела и опухла от соприкосновения с вазочкой в ходе нашей небольшой перестрелки антиквариатом, и, как часто случается с теми, кто недавно получил по зубам, вид у него был недовольный.

– Отто, – прошептал мне брат, – когда подвернется момент, вытаскивай мисс Корвус отсюда, понял?

– Нет, не понял, – шепнул я в ответ. – Это ведь я Верзила, а ты Старый, забыл? Лучше ты сам потихоньку выведи леди, а я разберусь с тонговцами.

– И каким же образом? Затупишь их топоры опилками, которые у тебя в голове?

– Ну а сам то что делать надумал, заговорить их до смерти?..

Внезапно воротник сдавил горло и меня оттащили от занавески, дернув сзади за рубашку.

– Заткнитесь, – прошипел голос мне в ухо.

И не только мне, но и Густаву: Диана ухватила за шкирку и моего брата.

– Да, мэм, – прохрипел я.

Старый смог только кивнуть.

Мисс Корвус отпустила нас. Я сделал бы комплимент крепости ее хватки, но побоялся, что она продемонстрирует ее снова.

Мы с братом снова подались вперед к Чарли-Фриско и приникли к щели между шторами – на сей раз молча.

Вождь и его приятель медленно пошли вдоль лежаков, останавливаясь у каждого и рассматривая распростертого на нем полубессознательного горемыку. Горбун что то говорил бойцам в спину, но они, похоже, больше не нуждались в его комментариях: Вождь только хмыкал в ответ, что по-китайски, видимо, означало то же самое, что сказала нам с Густавом Диана.

Курильщики тем временем просто лежали, продолжая сосать свои трубки, пока топорщики проходили над ними, словно ангел смерти. Я почти завидовал спокойствию клиентов курильни. Передай мне сейчас один из них свою трубку – чем черт не шутит, может, и попробовал бы. Стаканчик виски уж точно не помешал бы.

От подвязанных нас отделяло лишь пять лежаков.

Потом четыре.

Три.

Мы со Старым снова отодвинулись от занавесок и приготовили единственное имевшееся у нас оружие: кулаки. Чарли отошел еще дальше и встал у нас за спиной вместе с Дианой. Я не мог его осуждать: парень предупредил, что драться за нас не собирается. Впрочем, я надеялся, что за леди он все же готов вступиться.

Я отвел назад правую руку, примеряясь к удару.

Топорщики подошли уже так близко, что стали слышны их шаги, шорок одежды и дыхание.