И Александр Борисович взглянул на часы, присви­стнул — однако! — и, отвесив легкий, почти небреж­ный поклон, отправился в свой номер. У выхода из бара обернулся. Юрист, низко склонившись над своей тарел­кой, быстро жевал, словно наверстывая упущенное.

«Мелкие людишки, — подумал Александр Борисо­вич. — А на «вдову-то» ишь ты как отреагировал! Во всяком случае, теперь у Вампира не должно остаться сомнений, что на его след вышли совершенно точно. И с разных сторон. Какие бы оправдания для себя он ни придумывал. И он либо окончательно постарается за­лечь на дно, либо, подобно любому агрессивному ши­зоиду, предпримет крайние меры, чтобы избавиться от того, кто угрожает его всемогущей личности. А кто ему угрожает? А ведь это мы ему угрожаем, Александр Бо­рисович! Иначе за каким хреном оказался бы здесь гос­подин «доверенный юрист» Алексей Митрофанович? Вот и проверим на деле, насколько прав был старик Ганнушкин с его пограничными состояниями».

<style name="Heading25">4

Пока Александр Борисович размышлял над спосо­бами выманить Вампира из его убежища, засветить, хотя бы на мгновение, место своего пребывания, «пи­терская» бригада под руководством Константина Дмит­риевича Меркулова вела свой поиск по двум направле­ниям.

Владимир Поремский изучал окружение балерины Волковой, чтобы выяснить, где, когда, при каких об­стоятельствах произошло знакомство Светланы спер­ва с Масленниковым, а затем и с Нестеровым. Ну и что этому всему сопутствовало.

А Виктор Петрович Гоголев с оперативниками управления уголовного розыска и Федеральной службы безопасности тщательно прочесывал район Петергоф­ского шоссе, где произошла «устрашающая акция», как ее с чьей-то легкой руки стали называть все причаст­ные к данному делу. В самом деле, никому из оператив­ного состава почему-то и в голову не приходило, что то происшествие было действительно попыткой поку­шения на двоих президентов крупнейших государств мира. Полкило пластита — это немало, конечно, но и не то количество взрывчатки, которое гарантировало бы безусловный успех акции.

Однако что ни говори, а сама носительница взрыв­чатки погибла. Так кто же она и откуда? Ответив на такой «простенький» вопрос, можно было пытаться вычислить заказчика. А без этого остальные попытки установить истину выглядели тыканьем пальцем в небо. Меркулов же требовал глядеть в корень, а не в заоб­лачные выси.

«Добро и зло враждуют, мир в огне. А что же небо? Небо — в стороне...» — с видом мудреца цитировал он Омара Хайяма. А раз так, неча, мол, и башку зря зади­рать, наша работа — на земле. Гляди под ноги...

Вот и вернулись к началу.

Гоголев, как старый (относительно, конечно) и дос­таточно опытный сыщик, исходил из того, что появле­ние «шахидки» (будем пока так ее называть — услов­но) не могло оказаться здесь случайным. Нет, маршрут следования президентского кортежа наверняка какому- то заинтересованному лицу был известен заранее. И точ­ка «встречи» была тоже выбрана не случайно. Насыпь, дамба, дома недалеко, значит, и любопытные жители не исключены, как ты их ни отгоняй от «ответствен­ной» трассы. Да и охрану через каждые пять метров не поставишь, просто народу не хватит. Там — двое, на­против — трое, все как обычно, никаких особых исклю­чений. Через двадцать—тридцать метров — следующая группа. Трасса длинная, охраны требуется много, по­этому задействованы все имеющиеся в наличии мили­цейские силы. Ну в городе — поважнее, может, и стар­шие офицеры, а на загородной трассе — попроще, ря­довой и сержантский состав. Откуда женщина-милици­онер? Да мало ли! Выгнали наружу всех, вплоть до ра­ботников паспортных столов, вот и весь разговор.