В первую очередь я подумал о Беатриче Гольдони и ее виноватом виде.

 Подумал о ее сыне, изгнанном из отчего дома. Подумал, что скорее всего Беатриче ускользнула в Вашингтон в пятницу на встречу не с любовником, а со все еще любимой заблудшей овечкой. Может, он сам это и устроил, зная, что она приедет сюда на скачки и все еще чувствуя некую привязанность к ней.

 Конечно, она не знала, кто похитил Фримантла и Алисию. Она была не столь проницательна. Однако она знала, что именно я вел переговоры насчет выкупа за Алисию, поскольку за завтраком в пятницу Паоло Ченчи ей об этом рассказал. Что он еще ей рассказал, одному Богу известно. Может, он и о Доминике ей поведал. Вполне возможно. Многие не понимают, почему "Либерти Маркет" не любит рекламировать свою работу, и не видят особого вреда в том, что они расскажут об этом всем.

 Я сам отвозил Беатриче в Вашингтон, и она все время болтала... Болтала, болтала... Мы тут с Ченчи, помнишь Алисию, которую украли? Тут с ней молодой человек, тот, кто ездил в Италию, чтобы вернуть ее живой и здоровой... он тут по поводу другого похищения... а Паоло Ченчи рассказал нам, что он спас в Англии маленького мальчика, Доминика... Алисия тоже там была... болтовня, болтовня, болтовня...

 Я встал с дивана в вестибюле, подошел к столу регистрации и сказал, что я выписываюсь, и не будут ли они столь любезны приготовить мой счет.

 Затем я снова позвонил Кенту Вагнеру, который сказал мне, что я чудом поймал его, поскольку он уже уходит с завтрака.

 – Вы прямо весь день мне перевернули, философски сказал он. – Еще что-то?

 Я сказал, что выезжаю из "Шериатта" и почему.

 – Иисусе, – вздохнул он. – Поезжайте в участок, я помещу вас в хорошее местечко, где Гольдони вас не отыщет. Вдруг он и вправду знает о вас?

 – Лучше уж обезопаситься, – согласился я. – Я еду.

 На регистрации мне сказали, что мой счет будет готов, когда я спущусь вниз с вещами. Двадцати минут еще не прошло, но, когда я вышел из лифта, я увидел горничную, которая толкала свою тележку по коридору. Я отворил дверь и вошел.

 Там было трое, все в высоких белых шапочках и белых комбинезонах с надписью "Интернэшнл раг компани" на груди и спине. Они передвигали мебель к стенам и раскатывали на полу большой ковер в индийском стиле.

 – Что... – начал было я, и вдруг меня осенило: сегодня же воскресенье.

 Я повернулся на месте, чтобы выбежать прочь, но было слишком поздно.

 В дверях стоял четвертый человек с той же надписью на комбинезоне. Он шагнул вперед и втолкнул меня в комнату. Я посмотрел ему в глаза... и узнал его. Мысли били как молнии. Я подумал, что проиграл. Я подумал, что погиб.

 Я подумал, что хотел победить. Я считал, что победил. Я был уверен, что найду его, арестую и остановлю. Но мне никогда не приходило в голову, что дело может обернуться таким образом. Все произошло очень быстро, в одно мгновение.

 Мне набросили на голову что-то вроде холщового мешка. Меня схватили и швырнули на пол. Что-то ужалило меня в бедро, словно оса. Меня несколько раз перевернули, и я смутно осознал, что меня, словно сосиску в тесто, закатали в индийский ковер. И это была последняя моя мысль.

 ***

 Я очнулся на улице от холода.

 Я был рад, что очнулся, но, честно говоря, мне это доставило мало удовольствия. Для начала, я был совершенно раздет. Ах ты, педик, гневно подумал я. Все совпадает до мелочей. Как Алисия. Думаю, что и Морган Фримантл был сейчас совершенно голым.

 Частное учебное руководство "Либерти Маркет" гласит: "Немедленным и эффективным средством подавления и унижения жертвы является лишение его/ее одежды".