— Я бы сказала — в блендер, — добавила Кира. — Но да, живы.

Симбиот тем временем продолжал работу.

«Техногенный модуль короны изолирован, — сообщил он. — Полевой контур носителя отделён от сети СОЛМО. Переключаю питание на наши симбиотические структуры. Приготовиться к пульсации».

— К какому ещё… — начал я.

Корона дрогнула.

Слабый толчок прошёл по руке, затем отдался в груди. Биоформа на платформе сначала оставалась неподвижной, потом её полупрозрачные ткани вспыхнули тусклым светом.

Симбиот взял поток на себя, сглаживая всплеск.

«Носитель АВАК: переход в режим автономной активности. Риск непредсказуемой реакции: высокий».

— Отходим, — коротко сказал я.

Мы синхронно оторвали ладони и отскочили назад, поднимая оружие. Корона на пленнике почернела, часть её структуры осыпалась порошком. Тонкие нити, тянувшиеся к стенам, разорвались.

Биоформа дёрнулась. Ещё раз.

Потом вдруг резко выгнулась дугой, как от чудовищной судороги, и с глухим шлепком сползла с платформы на пол.

Я вскидал орудие.

Полупрозрачные «щупальца» чуть дрогнули. Тело лежало неподвижно несколько секунд. Потом из глубины, там, где у нас условно место головы, пошёл новый свет. Не тусклый, а плотный. Жёсткий.

Биоформа медленно приподнялась.

Она не имела лица в нашем понимании, но какой-то внутренний инстинкт подсказал, что сейчас она смотрит именно на меня. Словно ощупывает поле, считывает сигнатуру, сопоставляет с чем-то, заложенным глубоко.

В воздухе вспыхнула короткая, колючая волна.

Симбиот сразу перевёл:

«Обращение. Базовый контур: „оператор, обозначивший себя как Командир, идентифицирован как носитель расширенного симбиотического комплекса. Статус: переменный, но не враждебный. Вопрос: причина отключения короны“».

— Скажи им, — тихо произнёс Баха, — что мы их освободили. И очень хотим, чтобы они сначала не убили нас, а потом помогли.

— Не они, а он, — поправила Кира. — Или оно.

— Сейчас не то время обсуждать грамматику, — отрезал я. — Симбиот, передай: мы разрушили управляющий узел СОЛМО, корабль частично лишился контроля. Короны используемого ими типа считаем неприемлемыми. Предлагаем временный союз против общих врагов. И отдельно подчеркни, что я уже однажды успешно договаривался с АВАК. У нас на планете было живое «ядро», которое не считало нас врагами.

Симбиот послушно передал пакет. Биоформа шевельнулась. Одна из её «лент» приподнялась и вяло коснулась пола, как щупальце. Затем в воздухе прошла более сложная последовательность вспышек.

«Ответ: „сведения о локальном ядре зафиксированы. Ветка взаимодействия с носителем типа «Командир» уже существует в поле. Контекст: нестандартный, но не враждебный. Корона являлась орудием пытки и рабства. Её уничтожение — благоприятный фактор. Принятие временнóго союза: вероятно“».

Я выдохнул.

— Значит так, — сказал я вслух. — Добро пожаловать в наш маленький кружок самодеятельности. Сейчас мы попробуем освободить остальных ваших. А потом — вместе будем решать, как сделать так, чтобы этот корабль не убил ни нас, ни вас.

Биоформа слегка наклонила корпус — жест, который можно было счесть кивком.

«Добавление: „в обмен на помощь в восстановлении структуры поля носителя будут предоставлены знания о внутренних схемах узлов СОЛМО и навигационных контурах этого корабля“».

— По-моему, мы только что удачно прикупили консультационный пакет, — буркнул Баха.

— И не за кредиты, — согласился я. — Ладно, поехали дальше.