|
Герцога очень удивляло, что военный с именем и рангом дю Бушажа согласился принять командование горстью людей и отправиться в столь опасную экспедицию. Подобное дело подлежало поручить какому-нибудь лейтенанту, а не брату главного адмирала. Принцу все внушало подозрения, а всякое подозрение надо было проверить. Он настойчиво расспрашивал и в конце концов узнал, что адмирал поручил брату возглавить разведку, лишь уступив его настояниям. - Почему же, с какой целью, - спросил герцог у онисского офицера, - граф столь упорно добивался, чтобы ему дали такое, в сущности, маловажное поручение? - Прежде всего он хотел оказать помощь войску, - сказал офицер, - и в этом его чувстве я не сомневаюсь. - Прежде всего, сказали вы. А какие побуждения действовали затем, сударь? - Ах, монсеньер, - ответил офицер, - этого я не знаю. - Вы меня обманываете или сами обманываетесь, сударь. Вы это знаете. - Монсеньер, даже вашему высочеству я могу назвать только причины, связанные со службой. - Вот видите, господа, - сказал герцог, обращаясь к немногим онисцам, еще сидевшим за столом, - я был прав, стараясь остаться неузнанным. В моем войске, оказывается, есть тайны, в которые меня не посвящают. - О монсеньер, - возразил офицер, - вы очень дурно истолковали мою сдержанность: тайна касается только самого графа дю Бушажа. Разве не могло случиться, что, служа общим интересам, он пожелал оказать услугу кому-нибудь из своих родственников или близких друзей. - Кто же здесь находится из родственников или близких друзей графа? Скажите мне, я хочу поскорее обнять его! - Монсеньер, - сказал Орильи с почтительной фамильярностью, к которой он вообще уже давно привык, - я наполовину раскрыл эту тайну, и в ней нет ничего, что могло бы вызвать подозрение вашего высочества. Родственник, которому граф дю Бушаж стремился дать охрану, он... - Ну же, - сказал принц, - договаривайте, Орильи. - Так, вот, монсеньер, это на самом деле родственница. - Ха, ха, ха! - рассмеялся граф. - Почему же мне не сказали этого сразу? Милейший Анри!.. Ну, это же так понятно... Ладно, ладно, закроем глаза на родственницу и не будем о ней говорить. - Это самое лучшее, что ваше высочество можете сделать, тем более что все это весьма таинственно. - Вот как! - Да, эта особа, как прославленная Брадаманта, историю которой я раз двадцать декламировал вашему высочеству, скрывается под мужским одеянием. - О монсеньер, - промолвил онисский офицер умоляюще. - Господин Анри, как мне показалось, проявляет величайшее почтение к этой даме и, по всей вероятности, был бы очень недоволен нескромностью с чьей-либо стороны. - Разумеется, разумеется, господин офицер. Мы будем немы, как гробы, будьте спокойны, немы, как бедняга Сент-Эньян. Но если мы увидим эту даму, то постараемся не строить ей никаких гримас... Так, так. |
