|
- По какому случаю, монсеньер? - Да по тому случаю, что Испания, избавившись от меня на севере, нападет на нее с юга. - А, совершенно справедливо! - Так ты написал? - Помилуйте, монсеньер... - Ты спал. - Да, должен в этом признаться. Но даже если бы мне пришло в голову написать, чем бы я написал, монсеньер? У меня здесь нет ни бумаги, ни чернил, ни пера. - Так поищи! Quaere et invenies [ищи и обрящешь (лат.)], сказано в Евангелии. - Но каким же чертом, ваше высочество, смог бы я раздобыть все это в хижине крестьянина, который, ставлю тысячу против одного, не умеет писать? - А ты, болван, все же ищи, и если даже этого не найдешь, зато... - Зато?.. - Найдешь что-нибудь другое. - Эх, дурак я, дурак! - вскричал Орильи, ударяя себя по лбу. - Да, да, ваше высочество правы, в голове у меня что-то помутилось. Но это, монсеньер, получилось оттого, что я ужасно хочу спать. - Ну, ну, охотно тебе верю. Но ты все же ненадолго сбрось с себя сонливость, и раз ты не написал сестрице Марго, так уж я сам напишу. Только ты раздобудь мне все, что нужно для писания. Ищи, Орильи, ищи и не возвращайся сюда, пока не найдешь. А я остаюсь здесь. - Бегу, монсеньер. - И если в этих твоих поисках... погоди... если в этих поисках ты заметишь, что этот дом интересен по своему убранству... Ты ведь знаешь, Орильи, как мне нравятся фламандские дома. - Да, монсеньер? - Тогда ты меня позовешь. - Мигом позову, монсеньер, положитесь на меня. Орильи встал и легко, словно птица, упорхнул в соседнюю комнату, из которой был ход наверх. А так как он был действительно легок, словно птица, то в момент, когда он поставил ногу на первую ступеньку, послышался только еле уловимый скрип. В остальном его намерения остались нераскрытыми. Минут через пять Орильи вернулся к своему повелителю, который, как он сказал, расположился в большой комнате. - Ну что? - спросил герцог. - А то, монсеньер, что, если видимость меня не обманывает, этот дом должен быть очень интересен по своему убранству. - Почему ты так думаешь? - Да потому, - тьфу, пропасть! - что в верхнее помещение не так-то легко проникнуть. - Что это значит? - Это значит, что вход туда охраняет дракон. - Что за глупая шутка, милейший маэстро? - Увы, монсеньер, это не глупая шутка, а печальная истина. Сокровище находится на втором этаже в комнате, а из-под двери этой комнаты виднеется свет. - Ладно. А затем? - Монсеньер хочет сказать: а сперва? - Орильи! - Так вот, монсеньер, на пороге этой комнаты лежит человек, закутанный в большой серый плащ. - Ого-го! Господин дю Бушаж позволяет себе посылать солдата для охраны дамы своего сердца? - Это не солдат, монсеньер, а, вероятнее всего, слуга дамы или самого графа. |
