Идя по следам недавней погони, невольно обращал внимание на разрушения, оставленные неживым магом. Деревья, превращённые в обугленные остовы. Выжженные участки земли. Камни, расколотые от жара. Казалось бы, обычная картина после того, как здесь прошёлся маг четвёртой ступени, не стесняющийся в средствах. Но то для местных жителей, мне же до сих пор было удивительно, что подобное можно сотворить без применения тяжёлых систем залпового огня.

Но чем дальше я шёл, тем больше замечал странность происходящего.

В обычном лесу подобные пожары от столь жаркого пламени должны были бы бушевать днями, если не неделями. Сухие деревья, опавшая листва, смолистые стволы сосен — всё это превосходная пища для огня. А магический огонь, порождённый заклинаниями высокого ранга, должен был бы гореть ещё яростнее и агрессивнее.

Однако то, что я видел перед собой, совершенно не соответствовало этим ожиданиям.

Пламя, оставленное цзянши, горело словно нехотя. Оно не распространялось дальше, не перекидывалось на соседние деревья, не ползло по траве. Огонь просто горел там, где его оставил неживой маг, медленно угасая. Очередное свидетельство чудес этого мира, которое почему-то меня поразило даже больше, чем всё волшебство древней гробницы.

Наблюдая за всем этим, я остановился возле одного из горящих деревьев. Половина его ствола была охвачена огнём. Языки пламени лизали кору, углубляясь в древесину, но при всём этом огненный очаг не увеличивался. Огонь не поднимался выше, как должен был вести себя согласно законам физики. Не опускался ниже, не перекидывался на ветви. Он просто горел на одном месте, и с каждой минутой его интенсивность слабела.

Это было похоже на то, как если бы кто-то включил видеозапись пожара, а затем начал замедлять воспроизведение, постепенно переводя его на паузу. Или лишал огонь так нужного ему для горения кислорода.

Протянув руку к пламени, я ощутил исходящий от него жар. Он был вполне себе реальный. Уверен, если сунуть пальцы в огонь, то получу ожог. А значит, всё это не иллюзия. Огонь действительно существовал, но при этом был словно заключён в невидимую клетку, не позволяющую ему распространяться.

Отойдя на несколько шагов, я глубоко вздохнул и раскинул щупальца астрального восприятия. И уловил некую вибрацию, подобную той, что чувствовал рядом с Царём Леса. Но здесь она была какой-то другой… Слабая, едва различимая, но определённо присутствующая. Словно сам лес — вся эта огромная, древняя чаща — обладал неким подобием воли. И эта воля не желала гореть.

Воспоминания о разговорах караванщиков всплыли в памяти. Они упоминали, что леса рядом с Источниками магии — это места, где обычные законы природы работали не так, как положено. Что такие леса живые. Не в метафорическом смысле, а в самом что ни на есть буквальном. Что такой лес сам защищает себя от угроз. И что деревья здесь помнят и не прощают тех, кто пытается им навредить.

Тогда, слушая эти истории, я воспринимал их как обычные байки, призванные отпугнуть любопытных от опасного места. Но сейчас, глядя на этот странно ведущий себя огонь, я начинал понимать, что в тех рассказах была изрядная доля правды. А в голове сразу возникли картины из фильма «Властелин Колец», где энты уничтожали Изенгард. К тому же тут есть такие деревья, как та же хищная Ива и Царь Леса, которые точно могут за себя постоять и разорвать на части своими корнями тех, кто посмеет причинить им вред.

Этот лес защищался.