– Почему пять? – удивился молодой монгол.

– Скажу позже… Доктор, тело этого последнего жреца загадочных громовых духов необходимо отправить самолётом в Улан‑Батор. Надо во что бы то ни стало узнать, отчего он умер. Идём, Батсур. Мы должны составить план дальнейших действий.

* * *

Самолёт появился высоко в небе. Сделав несколько кругов над плато и лагерем, он пошёл на посадку. Тумов, Озеров и Батсур, стоя на краю небольшого такыра, напряжённо ждали. Тумов нервно покусывал кончик потухшей сигары. Батсур затаил дыхание, не отрывая взгляда от серебристой машины, которая быстро приближалась к поверхности такыра. Плоское дно имело в поперечнике не более трехсот метров. Дальше начинались песчаные барханы.

– Почему не садится? – крикнул Батсур, видя, что самолёт летит над самой поверхностью такыра. – Не успеет затормозить перед барханами!

– Проверяет посадочную площадку, – спокойно сказал Озеров. – Сейчас сделает ещё круг и сядет.

– Времени нет на эти церемонии, – процедил сквозь зубы Тумов. – Ветер поднимается. Смотрите, как дымят барханы…

Лётчик поднял самолёт вверх и исчез за песчаными грядами. Через несколько минут самолёт появился с противоположной стороны такыра и пошёл прямо на посадку. Колеса коснулись ровной глинистой поверхности; самолёт, подпрыгивая, пробежал через весь такыр и остановился в нескольких метрах от песчаного шлейфа одного из барханов.

Тумов и Батсур облегчённо вздохнули.

Дверь кабины открылась, и на землю, пошатываясь, спустился Зундуйн Очир. Следом за ним две фигуры в белых халатах уже вынимали брезентовые носилки.

– У вас тихо? – удивился Очир, пожимая руки встречающим. – Наверху ужас что делается. Думал, не долетим.

– Здесь скоро тоже начнётся буран, – успокоил Тумов. – Надо торопиться.

– Где больной?

Тумов кратко рассказал о событиях последних дней. Очир молча кивал головой.

– Все сделаю, – сказал он, когда Тумов окончил свой рассказ. – Тело старика доставлю в клинику мединститута в Улан‑Баторе. Кто из вас летит со мной? Насколько я понимаю, дела закончены.

– Спасибо, – сказал Тумов. – Я должен вернуться с караваном в Тонхил. А геологи, – Тумов кивнул на Озерова и Бат‑сура, – хотели остаться недели на две здесь. У них появились свои интересы – чисто геологические. Если вы не будете возражать, я дам им машину и несколько рабочих.

– Пожалуйста, – улыбнулся Очир. – Наша республика от этого только выиграет. Вы можете оставаться здесь столько, сколько захотите. Командировки и полномочия будут продлены.

– Значит, решено, – сердито заявил Тумов. – Если им ещё не надоела Гоби, пускай остаются. От себя теперь могу добавить, что считаю эту затею бессмысленной и опасной. Они собираются ехать дальше на юг, в совершенно неисследованную часть Заалтайской Гоби. Вам, товарищ Очир, ещё придётся организовывать спасательную экспедицию.

– Когда у друзей сердца едины, им не страшна даже Гоби, – серьёзно сказал Очир. – Поезжайте спокойно, товарищи. Если понадобится помощь, она будет оказана.

– А вы можете сделать ещё одно доброе дело, товарищ Очир, – заметил Тумов. – Захватите с собой американца. Он сыт прелестями Гоби выше головы; протокол подписал, и чем скорее он отсюда исчезнет, тем лучше.

– Пожалуйста, – поклонился Очир. – Только надо попросить его быстрее собраться.

– Поедемте в лагерь, – предложил Тумов.