— Старосты! — он обвёл взглядом студентов. — Предупредите всех! Завтра все должны быть в форме! Никакого хаоса в коридорах!

Преподаватели переглядывались, кивали, записывали.

Один из преподавателей, пожилой мужчина в очках, поднял руку.

— Анатолий Петрович… а зачем он едет? Что ему нужно?

Анатолий Петрович выдохнул.

— Его заинтересовала наша «Лунная Глициия». Да-да, идея, которую все вы сочли безумной сработала. Правда не известно, насколько, но… это наш шанс — единственный шанс спасти техникум. Если мы произведём на него впечатление… если он увидит, что мы чего-то стоим… может быть, он поможет.

Он посмотрел на всех серьёзно.

— Это наш последний шанс. Не облажайтесь.

* * *

Следующий день. Утро. Перед визитом.

Анатолий Петрович стоял у входа в техникум, нервно теребя галстук, и смотрел на дорогу.

Коридоры вымыты, окна блестят, студенты в форме. И самое главное — «Лунная Глициния» подготовлена.

Всё готово.

Пожалуйста. Пожалуйста, пусть всё пройдёт хорошо.

И тут он увидел его.

Чёрный «Аурелиус», плавно подъезжающий к зданию.

Сердце Анатолия Петровича ухнуло вниз.

Дверь машины открылась и из неё вышел мужчина в идеальном чёрном костюме. Высокий, с холодными глазами, непроницаемым лицом.

Лорд-Протектор Воронов.

Анатолий Петрович сглотнул, выпрямился, натянул улыбку и пошёл навстречу.

Последний шанс. Не облажайся, Толя.

* * *

Кассиан. Тоже время и место.

Я вышел из «Аурелиуса».

Перед входом в техникум меня встречала небольшая группа людей. Ректор Лисицкий — невысокий, сухопарый мужчина лет пятидесяти в потёртом костюме — стоял впереди с натянутой улыбкой. Рядом с ним — пожилая женщина с планшетом (секретарь, судя по всему) и ещё трое, преподавателей, нервно выпрямившихся при моём появлении.

Над входом висел дурацкий транспарант.

«ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ЛОРД-ПРОТЕКТОР!»

Я посмотрел на транспарант и поморщился. Потом глянул на Ректора.

Ректор побледнел.

— Л-Лорд-Протектор! — быстро поправился он и поклонился. — Какая честь! Мы так благодарны, что вы нашли время!

— Слишком много ненужных телодвижений, ректор. Я не областной чиновник, создающий видимость своей работы. Я хочу взглянуть на оранжерею.

— К-конечно, господин Воронов, прошу прощения больше не повториться. Пожалуйста, следуйте за мной.

Ректор Лисицкий шёл передо мной по коридору, нервно говоря что-то о техникуме, о студентах, о достижениях. Я не слушал. Глеб шёл позади, молча.

Я осматривал здание.

Потёртые стены, покрашенные когда-то в бледно-зелёный цвет. Старые, но рабочие артефакты освещения — простые магические лампы, которые давали ровный, холодный свет. Пол — линолеум, местами протёртый до дыр.

Бедность. Беспросветная, многолетняя бедность.

Коридор был заполнен студентами. Они стояли вдоль стен, в форме, аккуратно причёсанные. Видимо, их предупредили. Они замолкали, когда я проходил мимо, прижимались к стенам, глядя на меня со смесью страха и благоговения.

Я бросил взгляд на их нашивки: «Артефакторы», «Алхимия», «Рунология».

Маго-спецы — «Синие воротнички» магии. Те, кто обслуживает городские системы, чинит артефакты, варит базовые зелья.

Не боевые маги или исследователи, а простые рабочие.

Мы прошли мимо нескольких аудиторий.