|
.. *** Завсегдатаи Полита утонули в шумной толпе, рассевшейся за всеми столиками. Две местные девушки помогали Лили подавать буйябес и лангусты. Вице-мэру, Тони, Итальянцу и немому удалось приткнуться в уголке кухни, чтобы сыграть обычную партию в белот. Все орали. Все веселились. И тем не менее люди, которые ели сейчас за столиками, казались просто карикатурами на мужчин и женщин. Все они сочли обязательным для себя одеться как на карнавал, чтобы провести на море один день. Они притащили с собой невообразимые устройства для рыбной ловли и проводили час за часом в попытках хоть что-то поймать, в то время как их жены сидели в тени под соснами, присматривая за ребятишками. Кое-кто из них приехал в фургончиках, которыми они повседневно пользовались для дела, и на одном из них, к примеру, красовалась надпись: “Масло, яйца, сыры”... - Видишь ту яхту, вон там? Бывший торпедный катер... Владимир, в одиночестве сидевший в углу за завтраком, даже не улыбнулся. Он им завидовал. А они завидовали его яхте. Дети рассматривали его фуражку с гербом и полосатую тельняшку. - Тут вам письмо принесли, - объявила ему Лили. Все мужчины глазели на ходившую по помещению Лили, на ее молодую грудь, туго обтянутую платьем. Владимир этого и не замечал. А Лили смотрела только на Владимира. - Письмо кто-то утром доставил из Тулона... Грязный конверт из бакалейной лавки. Почерк Блини. Он-то Бог знает почему думал, что Блини далеко, а он в Тулоне, в двух часах езды поездом! "Владимир..." Письмо было написано по-русски, бледными чернилами. "Я не мог встретиться с тобой до отъезда, но я бы хотел с тобой объясниться. Ты прекрасно знаешь, что я не крал кольца. Ты непременно должен сказать мне, не ты ли подбросил его в мои вещи. Это очень важно, гораздо важнее, чем ты можешь подумать. Я не стану сердиться на тебя за это, просто я должен знать. Пиши мне в Тулон, до востребования. Я уехал, потому что Элен не поверила мне. И все-таки напиши мне обо всем, что она делает, что говорит, как живет. Жду твоего письма, но не надеюсь, что могу еще подписаться: твой друг Жорж”. Он подписался своим настоящим именем. Письмо было похоже на него, наивное, быть может, но полное скрытого смысла. Почему он подчеркнул, что ему так важно знать? "И все-таки напиши мне обо всем, что она делает..." - Подать вам буйябес? - спросила Лили с улыбкой. Он пожал плечами. Элен только что вернулась с покупками на яхту. Когда он, в свою очередь, поднимется на борт “Электры”, он почувствует запах жаркого и овощей. Да, что же хотел сказать Блини? И что он делает в Тулоне? Это слишком близко отсюда. Владимиру почудилось, что Блини еще здесь, бродит где-то вокруг него. Как раз в это мгновение рядом остановился тулонский автобус. Он вздрогнул. Конечно, Блини не вышел из этого автобуса, но ведь он мог приехать с минуты на минуту. А главное, он сам-то, Владимир, мог туда поехать. На какой-то миг ему действительно пришло в голову это сделать. Через полчаса автобус, заехав в Антиб, вернется сюда. Найти Блини в городе не составит особого труда. Машинально он продолжал есть и нечаянно капнул буйябесом на бумагу. Тогда он разорвал письмо на мелкие клочки и бросил их в тарелку. Он был так озабочен своими мыслями, что даже не узнал машину Дезирэ, остановившуюся перед дверью; шофер поискал его глазами, а потом уселся за его столик. - Как дела? - Ничего. |
