– О да, – согласился Вопрос Первый.

– Да. Так вот, в данном случае одно из ограничений состоит в том, что в расчеты, нужные для определения пункта назначения, даже при применении наилучших доступных дырам методов заложен процент ошибки. Чем дальше нам надо переместиться за один прыжок, тем больше ошибка. При перемещении на расстояние больше пятнадцати световых лет ошибка становится размером с расстояние до новой позиции. На деле это означает, что если мы прыгнем за один раз на пятнадцать световых лет, то мы можем оказаться на расстоянии до пятнадцати лет от нужного нам места. Поэтому мы передвигаемся обычно не более чем по пять лет за прыжок.

– Звучит неуклюже и смешно, – сказал Вопрос Первый.

– Так и есть, – неожиданно отозвалась Мэри, – но нам с этим ничего не поделать.

– Я и правда не понимаю. Почему должна быть ошибка? Если вы видите свое место назначения, почему бы не направиться прямо к нему?

– Дело в том, что мы его не видим, – сказал Джим. – Мы его находим, используя теоретическую линию, проходящую от нашей звезды к центру галактики...

Джим попытался объяснить человеческий метод навигации и снова погряз в ошибках и непонимании, с которыми он столкнулся, пытаясь объяснить Вопросу Первому фазовый переход.

– Ладно, неважно, – сказал Вопрос Первый наконец. – Просто скажи: вы не можете увидеть свою звезду?

– Увидеть? Нет, конечно, – ответил Джим, – она отсюда на сто – двести световых лет.

– Поверить не могу, что у людей, способных на то, на что способны вы, такие ограничения, – сказал Вопрос Первый. – Я хотел попросить вас указать мне вашу звезду, и тогда я бы вам показал, как следовать узору сил, который привел бы вас к ней быстрее всего. Но как вы собираетесь попасть к ней, если вы ее не видите?

– Это я и пытался сейчас объяснить, – сказал Джим. – Прямой маршрут – вверх по галактическому диаметру, ведущему от нашей звезды к центру галактики. Корабельные приборы регистрировали каждый сделанный кораблем прыжок и изменение позиции, и они могут указать, где этот диаметр находится. Но если мы его найдем и пойдем прямо вверх по нему, то нам придется пройти прямо через центр территории лаагов, и они нас найдут. Поэтому мы хотим пойти в обход.

– Пожалуйста, отведи корабль к этому диаметру, а я пойду с тобой, – сказал Вопрос Первый.

– Но там мы опять можем натолкнуться на лаагов, – возразил Джим.

– Если натолкнетесь, мы вас защитим, – ответил Вопрос Первый. – Пожалуйста, просто отведи дыры, свою и пленную, к этому вашему диаметру.

– Ладно, – сказал Джим.

Он сделал расчеты и прыгнул.

– Ну вот, – сказал он Вопросу Первому по прибытии, – мы на диаметре. Он идет от галактического центра прямо через территорию лаагов и потом выходит в наше пространство, а примерно через пятьдесят световых лет подходит к нашему солнцу, звезде типа G0.

– Можешь показать мне этот диаметр?

– Я могу развернуть по нему корабль.

Джим так и сделал.

– Ладно, – сказал Вопрос Первый, – прямо на линии, проходящей вдоль оси твоего корабля, я вижу звезду типа G0. Она находится на расстоянии приблизительно – как там эти ваши варварские единицы называются – в сто двадцать три расстояния, которое свет проходит за то, что вы называете годом.

– Год – это время, за которое наша планета обходит свою звезду.

– Понятно. Важная у вас, должно быть, планета, если вы собираетесь измерять галактику в понятиях ее отдельного танца.