– Я не сплю со своей женой уже пять с половиной лет, Кэролайн. И никогда больше не буду с ней спать. Я терплю ее только из за Кати.

– Я не знала этого.

– Я не раз говорил, что мы живем врозь.

– Я не знала, что у вас нет… интимных отношений.

– Разве это возможно после всего, что она сделала? А это что то меняет? – с надеждой спросил он.

– Это не дает оснований считать, что мы поступили правильно.

Николас сердито передернул плечами и надел сорочку.

– Жизнь редко бывает справедливой, Кэролайн, а также простой и легкой. – Его пальцы проворно двигались, застегивая перламутровые пуговицы.

Она молчала. Сердце убеждало ее не пренебрегать теми крохами, которые достаются любовнице. Оно заглушало голос разума.

– Мне следует оставаться здесь до отъезда Кати? Николас крепко сжал ее в объятиях.

– Что вы ответите, если я снова попрошу вас отправиться с нами в Россию?

Она вырвалась из его объятий.

– Это невозможно. – Между тем душа ее тосковала по нему даже сейчас, когда он еще не уехал!

– Я знал, что вы так скажете. – Глаза его стали грустными. – Вы благороднее, чем я. Полагаете, что я должен жить как монах?

– Я этого не говорила. – Кэролайн отвела глаза.

– А что, если я предложу вам поехать в Санкт Петербург самостоятельно и стать моей любовницей? Она вздрогнула.

– Не воспринимайте это как оскорбление. Так случается часто, когда женатый человек, занимающий такое положение, как я, любит женщину. Если хотите, я построю для вас дворец.

– Нет. – Кэролайн чуть не плакала, хотя теперь по совсем иной причине. – Нет. – Она покачала головой. – Скажите, для скольких любовниц вы построили дворцы, Николас? – Голос ее дрожал.

– Ни для одной.

Кэролайн закрыла глаза. Из этой ситуации есть только один выход: перестать любить его.

– Вы еще будете здесь завтра? – спросил Николас.

– Я уеду утром. Я не могу оставаться здесь. Ни к чему хорошему это не приведет. – Кэролайн едва сдерживала слезы. – Кате, возможно, скажу, что заболел мой отец. Но пообещаю часто писать ей. – Слезы заструились по ее щекам.

– А мне тоже напишете?

– Если угодно. До свидания, Николас. Вы самый… удивительный человек, – глотая слезы, пробормотала Кэролайн и выбежала в коридор.

– Кэролайн! – крикнул князь. Но не последовал за ней.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ПЕПЕЛИЩЕ

Глава 25

Лондон, августа 1812 года

День выдался благоприятный, хотя его начало не сулило ничего хорошего. Кэролайн, уставившись в пустоту, сидела одна за конторкой в книжной лавке. Близилось время закрытия. Начавшийся после полудня дождь лил до сих пор и вполне соответствовал ее настроению. В лавку за целый день не заглянул ни один покупатель. А Джордж все еще был в отъезде.

Она потерла глаза. В голове проносились видения кровавых батальных сцен. Солдаты идут в атаку, стонут раненые, вокруг ружейная пальба, артиллерийская канонада, что то горит, языки пламени вздымаются до небес… Северьянов с семьей уехал почти месяц назад. Через три дня после той памятной ночи он отбыл на русском военном транспортном судне, направлявшемся в Санкт Петербург. Кэролайн, наведя справки, выяснила, что судно придет в пункт назначения дней через десять, самое большее – через две недели. Если только не подвергнется вражескому нападению.

Кэролайн обхватила голову руками. Война! Она неожиданно ворвалась в ее жизнь – причем так, будто военные действия происходили во дворе ее дома. В Лондоне не было почти никаких сообщений о том, что происходит на русском фронте.