Ее слова подействовали на Кэролайн как ушат холодной воды. Пытаясь оправдаться, она беспомощно пролепетала:

– Я очень сожалею о том, что произошло. Но я влюбилась в Николаса. Я не хотела, чтобы это случилось, я не такая женщина…

Мари Элен презрительно взглянула на нее.

– Перестаньте! Сотни женщин, вроде вас, влюблялись в него… и попадали в его постель. – Она повернулась, намереваясь уйти, но задержалась и бросила:

– Через четверть часа я собираю всех слуг в большой гостиной.

Кэролайн дрожа смотрела ей вслед. Слова Мари Элен задели ее куда сильнее, чем пощечина. Неужели она всего лишь очередная жертва обаяния Николаса, его мужской привлекательности, положения? Наверное, так оно и есть, потому что этим можно объяснить непонятную холодность князя на следующее утро.

В большой гостиной собрались все слуги. Кэролайн не ожидала, что их так много, около шестидесяти человек. Все замерли в ожидании. Наконец появилась Мари Элен. Она хлопнула в ладоши, призывая к вниманию, хотя и без того люди молчали, не сводя глаз с княгини.

– Мы уезжаем в Москву, – объявила Мари Элен. – И не позднее чем через два часа. Позаботьтесь о повозках и карете. Все ясно?

«Уж не сошла ли княгиня с ума? – подумала Кэролайн. – Ведь под Москвой предстоит сражение?» Потом у нее промелькнула мысль о том, что неподалеку от города будет Воронский. Наверное, это и есть причина безумного решения Мари Элен.

– Итак, отправляемся через два часа. А теперь пусть каждый займется подготовкой к отъезду.

Слуги бросились исполнять приказание. В гостиной остались только Катя, Тэйчили и синьор Раффальди. Мари Элен уже направилась к двери. Неужели никто не возразит?

– Княгиня! – окликнула ее Кэролайн. Мари Элен оглянулась и холодно взглянула на девушку:

– Полагаю, вы хотите сообщить, что отказываетесь от места?

– Нет, я решила напомнить вам, что князь приказал всем оставаться здесь в целях безопасности. Мари Элен усмехнулась:

– Его здесь нет. А я здесь. Так что мы едем в Москву.

– Ходят слухи, что завтра там состоится крупное сражение, княгиня. В такое время небезопасно отправляться туда.

– В том то все и дело. Завтра произойдет сражение. А послезавтра все будут праздновать победу, и в Москве станет шумно и весело, как до войны. Оставшись здесь, мы пропустим великий праздник! – Мари Элен взглянула на Катю. – Идем со мной, детка. Поможешь мне выбрать наряды.

Они ушли. В гостиной воцарилась тишина.

– Это безумие! – воскликнула Кэролайн, обращаясь к Тэйчили и Раффальди. – Князь разгневается. Это опасная затея, не так ли? – Ей очень хотелось, чтобы ее разубедили.

– Нам ничего не угрожает. – Раффальди похлопал девушку по плечу. – К тому времени как мы доберемся до Москвы, битва уже закончится. Княгиня права, мы приедем туда как раз вовремя, чтобы отпраздновать победу. Вам не приходилось бывать в Москве, мисс Браун? Это, скажу я вам, потрясающий город! – Казалось, Раффальди был возбужден предвкушением близкой победы не меньше, чем Мари Элен.

Кэролайн удивленно уставилась на него.

– А что, если битву проиграют? Что, если Наполеон победит и двинется на Москву? Разве там будет безопасно?

– Не преувеличивайте. Он не победит. Наполеон еще не получал настоящего отпора. – Раффальди усмехнулся. – Что касается меня, то я сию же минуту иду на свою городскую квартиру, чтобы собраться в дорогу. Вам я советую заняться тем же, если, конечно, вы не предпочтете вернуться в Лондон. – Он улыбнулся и вышел.

– А вы? Вас тоже охватило всеобщее безумие? – обратилась Кэролайн к Тэйчили.