– По моему, в доме нарушился заведенный порядок, потому что нет хозяина. – Упоминание о князе болью отозвалось в сердце Кэролайн.

Тэйчили откинулась на спинку стула.

– Князь часто отсутствует, любезная мисс Браун, – миролюбиво заметил Раффальди. – Он человек военный. Домой приезжает редко и ненадолго.

Кэролайн кивнула, подумав, что если бы Мари Элен не была так несносна, Николас, возможно, приезжал бы чаще и задерживался дольше.

– А княгиня… – тихо спросила она, – всегда возвращается домой так… поздно?

Раффальди, не ответив, опустил голову.

– Княгиня делает то, что пожелает и когда пожелает, и никто не смеет ей перечить. Таков порядок, – заявила Тэйчили.

– Понятно. – Кэролайн подумала, что вести такой образ жизни на глазах у впечатлительного ребенка непозволительно. И тут Тэйчили добавила:

– Княгиня всегда так себя ведет, когда его сиятельство в отъезде.

К княгине, пока она спала, дважды наведывался какой то джентльмен. Когда он явился в третий раз, Кэролайн стояла возле окна в комнате на нижнем этаже центральной части дворца. Окно было открыто, и она с удовольствием вдыхала свежий, прохладный воздух. Девушка видела, как из дома вышел красивый смуглый мужчина в военном мундире и направился к вороному коню, которого держал под уздцы грум. Интересно, неужели это один из любовников Мари Элен? Не с этим ли мужчиной она провела всю прошлую ночь? Этот смуглый брюнет в белом мундире был очень хорош собой.

– Это князь Воронский, – сказала у нее за спиной Тэйчили.

– Он, должно быть, принадлежит к ближайшему окружению царя, если находится сейчас в Петербурге? – Кэролайн обернулась к гувернантке.

– Нет. – Тэйчили раскраснелась. – Просто князь находится во Второй армии, охраняющей южные подступы к Москве.

– Очевидно, он поклонник Мари Элен, – небрежно заметила Кэролайн. Тэйчили молчала,

– Что то не так? – спросила Кэролайн.

– Воронский – кузен Северьянова и друг семьи.

Тэйчили ушла, а Кэролайн осталась у окна. Она поняла, что Воронский не собирается уезжать. Грум повел его коня в конюшню. Мгновение спустя из дома выпорхнула женщина и подбежала к Воронскому. Это была Мари Элен.

Она остановилась перед князем, он поцеловал ее руку. Может, Кэролайн показалось, но поцелуй длился дольше, чем положено. Мари Элен была в белом муслиновом платье и на холодном ветру начала дрожать. Воронский снял с себя короткий, подбитый мехом плащ и накинул ей на плечи.

Кэролайн понимала, что подслушивать плохо, однако приоткрыла пошире окно и напрягла слух. К ее разочарованию, она ничего не расслышала.

Они пошли вдоль дома по направлению к ней, и до Кэролайн донеслись их голоса – баритональный мужской и высокий женский. Девушка спряталась за шторой. Вот бы разгневалась Мари Элен, если бы узнала, что она за ними шпионит!

Князь был явно расстроен и сердит.

– Почему ты вчера не обращала на меня никакого внимания? Зачем ты себя так ведешь, черт возьми? – воскликнул князь.

– Саша, между нами все кончено, – вкрадчиво проговорила Мари Элен. – Прости.

– Когда же ты намеревалась рассказать мне о ребенке? И почему потеряла его? – спросил он.

Кэролайн не верила своим ушам. Значит, отец ребенка, которого потеряла Мари Элен, двоюродный брат Николаса?

– Саша, я была уверена, что тебе все известно. Это старая новость. Кстати, он тоже знает.

– Ники знает? Не может быть… Неужели ты сама ему рассказала?

– Я не так глупа, Саша. Он узнал обо всем от Алекса. Возможно, он вызовет тебя на дуэль. – Княгиню явно вдохновляла такая перспектива.

– Ты, кажется, рада? – возмутился князь.